Такими же рабами становятся и музыканты "оркестра Капеллы". Коллектив вместе с молодым руководителем, а иногда и с двумя, начинает регулярно выезжать за рубеж на весьма выгодных для западных менеджеров условиях. Никому не известны реальные суммы гастрольных контрактов, но ребята получают минимальные суточные, а иногда только "кормежку". Зато начальство приобретает престижные машины и приватизирует часть соседних с Капеллой кафе.

Однако в начале 90-х в стране пошла мода на демократические выборы руководства. Чаша сия не минула и Alma Mater. На состоявшихся бурных выборах победу с минимальным перевесом вдруг одерживает проректор по учебной работе Успенский. Противники ректора торжествуют. Но недолго: из министерства Культуры приходит бумага, дезавуирующая прошедшие выборы, "демократия" посрамлена, все остается по-старому и надолго.

Чернушенко, закончивший, как и большинство "хоровиков", два факультета, испытывал неодолимую потребность в дирижировании симфоническим оркестром. Но ему это удается куда хуже, нежели дирижирование смешанным хором. После окончания консерватории он недолго, без особого успеха, работает в Малом оперном, затем становится дирижером и руководителем Капеллы. И дирижировать симфоническим оркестром ему удаётся только тогда, когда это предписано партитурой исполняемого хорового опуса. Без хора Капеллы его как-то не особенно жаждут оба оркестра Филармонии. Став ректором, Чернушенко трансформирует учебный и исполнительский процесс таким образом, чтобы удовлетворить свой дирижерский аппетит. Оркестр Оперной студии он разделяет на два: на учебный оркестр, обслуживающий студентов-симфонистов, и оркестр учебного театра, играющий только спектакли Студии. Причем не увеличивая фонды и количество музыкантов, а меняя лишь характер работы. В это время многие опытные музыканты оркестра Студии переходят на освободившиеся места в оркестрах Филармонии и Мариинского театра. А в Консерватории их заменяют малоопытные оркестранты, в основном, из числа студентов. Таким образом, из одного первоклассного оркестра получается два плохих. Сам же ректор становится руководителем Оперной студии, которой он придает статус театра.