ГЛАВНАЯ ОБМЕН БАННЕРАМИ ССЫЛКИ ССЫЛКИ НА МУЗЫКАЛЬНЫЕ САЙТЫ О ПРОЕКТЕ

"Борис" в Лондоне

Как известно, оперная труппа Мариинского театра - или "Киров-опера", как её привычно называют на Западе - начала свои гастроли в Лондоне. Мы знакомим вас с откликами английской прессы на это событие.

Две рецензии на один спектакль

Недельный визит Киров оперы в Ковент Гарден открылся великим историческим эпосом Мусоргского "Борис Годунов". Опера дана в оригинальной версии 1869 года, в постановке, впервые увидевшей свет рампы в Петербурге в 2002 году. В сувенирной программке написано, что "сценическая концепция" принадлежит Валерию Гергиеву и художнику Георгию Цыпину - таким образом, артистический вождь и главный дирижёр Киров оперы ответственен не только за музыкальную, но и за визуальную часть постановки. Если это так, то он должен был доверить последнее кому-либо другому.

Основные мотивы дизайна Цыпина - это полуабстрактные образы на основе русских луковичных церковных куполов. Также задействованы гробы - Пимен, например, пытается использовать гроб в качестве письменного стола в келье - но в основном, это луковицы, возникающие почти по всем направлениям. Целый пучок их свисает с софитов, наподобие каких-то безумных потолочных ламп, чтобы изматывать Бориса тревогой, когда его чувство вины впервые переходит в приступ безумия, а когда он умирает, одна из луковиц над ним превращается в огромного паука.

Сам Борис, с удручающе очевидным символизмом, время от времени появляется на сцене, облачённый в украшенную драгоценностями клетку. Не менее очевиден и общий недостаток режиссуры как таковой; важнейшие выходы и уходы героев со сцены вообще не поставлены, а солисты предоставлены сами себе.

Некоторые из них, как бы то ни было, демонстрируют достойный прогресс. Владимир Ванеев начинает своего Бориса, как "Мистер Хороший Парень" - вряд ли традиционный взгляд на царя-детоубийцу - но по мере развития спектакля всё более наполняет и углубляет образ. Николай Гассиев - невыразительный Шуйский, хотя в образе и просвечивает его двуличие. Геннадий Беззубенков и Виктор Вихров образуют очень запоминающуюся парочку монахов, Варлаама и Мисаила. Однако Пимен Сергея Алексашкина получился расплывчатым и сырым, а Григорий Олега Балашова едва ли проявляет особую целеустремлённость к захвату царского трона.
...всё действие, по непонятным причинам, перенесено в подводный мир, где плавают сияющие новенькие презервативы, принявшие форму мутировавших луковичных куполов, и сводится, в основном, к переигранно-напыщенным народным сценам с тюремными нарядами и поисковыми прожекторами...

Хору не хватает глубины и стройности, и даже ...всё действие, по непонятным причинам, перенесено в подводный мир, где плавают сияющие новенькие презервативы, принявшие форму мутировавших луковичных куполов, и сводится, в основном, к переигранно-напыщенным народным сценам с тюремными нарядами и поисковыми прожекторами...
дирижирование Гергиева даёт очень блёклый результат. В исторической перспективе эта опера,
конечно, принадлежит Киров опере, хотя из этого спектакля вы вряд ли это бы поняли.

George Hall, Wednesday August 3, 2005
The Guardian



Добро пожаловать на сезон Страдающей России в Ковент Гарден, спасибо Валерию Гергиеву и Мариинской (бывшей "Киров") опере, начавшемуся этим маленьким, пробным двух-с-половиной-часовым спектаклем перед исполненной страданий "Хованщиной", что будет дана в среду.

"Оригинальная" версия 1869 года в семи сценах - нечто вроде вечеринки для толпы (хотя "вечеринка", может быть, и не вполне подходящее слово), и это - беспощадно обезжиренный эскиз той оперы, к которой мы привыкли.

Она была вполне достаточной для Мусоргского (хотя недостаточной для цензора, который добился от композитора добавления акта с участием сопрано), - таким образом, мы должны слушать внимательно. И этот непростительно скудно освещённый срез русской истории, взятый из пьесы Пушкина в двадцати четырёх сценах (в свою очередь, обязанной своим появлением "Макбету" и "Ричарду Третьему"), содержит в себе изобилие таинственного мрака.

К сожалению, труппа продемонстрировала все признаки усталости перехода от дневной генеральной репетиции прямо к спектаклю. Это правда, что многие не ходят на представления, где русские исполняют свою собственную музыку - как и у всех тех экс-советских компаний, актёрское мастерство и уровень постановки у Мариинского скатывается к примитиву; но существует стойкий националистический миф, что никто не может играть или петь русскую музыку так, как они сами. Что же, Господь да поможет нам, коли так. Это было так же драматично, как теннис в патоке.

Гергиев может выжать магические звуки даже из своего изнурённого оркестра: он добивается подчёркнутой текстуры, упирает на струнные и медь, но бессвязно и без драйва - в прочтении партитуры много дыр, в музыке - ни накала, ни напряжения, никакого воздействия. Бессмысленные хоровые сцены переходят одна в другую, народ оплакивает свою судьбу, но совершенно ясно, что никто из них ничего не делает для того, чтобы что-нибудь изменить.

Возможно, именно в этом и заключается смысл спектакля, хотя я лично в этом сомневаюсь. Эта неумышленно весёленькая постановка 2002 года (с афиши уже снято имя Виктора Крамера, а "концепция" приписана Гергиеву и художнику Георгию Цыпину) вообще ничего по сюжету оперы не говорит: всё действие, по непонятным причинам, перенесено в подводный мир, где плавают сияющие новенькие презервативы, принявшие форму мутировавших луковичных куполов, и сводится, в основном, к переигранно-напыщенным народным сценам с тюремными нарядами и поисковыми прожекторами (это было типичным для Дэвида Паунтни клише примерно десять лет назад). Главные вопросы, поднятые Мусоргским - кто пишет историю, и почему это происходит? - просто проигнорированы.

Борис Владимира Ванеева впечатляющ, но без привычного трагического величия: первый раз он появляется на сцене, как некий растрёпанный и растерянный молодой человек. Подозрительные речи Пимена принимаются на веру без разговоров: сияет мощный свет и всяк тут же падает на колени при малейшем упоминании убиенного Дмитрия. Невыразительный монах Гришка исчезает, чтобы собрать войско. Да кого это заботит? Россия, таким образом, продолжает изливать на себя боль. А заодно - и на нас.

© Robert Thicknesse, August 03, 2005 © The Times
© Призрачный обозреватель Кончита Миллер, перевод, 2005.

При перепечатке просьба ссылаться на источник и ставить создателей сайта в известность.

Публикация: 5-08-2005
Просмотров: 3356
Категория: Рецензии
Комментарии: 0

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.