ГЛАВНАЯ ОБМЕН БАННЕРАМИ ССЫЛКИ ССЫЛКИ НА МУЗЫКАЛЬНЫЕ САЙТЫ О ПРОЕКТЕ

Джакомо Пуччини. ТОСКА

Джакомо Пуччини. ТОСКАОпера в 3-х актах

Либретто Л.Иллика и Дж.Джакоза по драме Викториена Сарду "Флория Тоска"..

Действующие лица:
Флория Тоска, знаменитая певица (сопрано)
Марио Каварадосси, художник (тенор)
Барон Вителлио Скарпиа, шеф полиции Рима (баритон)
Чезаре Анжелотти, бывший консул Римской республики (бас)
Ризничий церкви Сант-Андреа делла Валле (бас)
Сполетта, полицейский агент (тенор)
Шарроне, другой агент (бас)
Тюремщик (бас)
Пастух (мальчик)
Кардинал, судья, Роберти (палач), писарь, офицер, сержант, солдаты, стражники, полицейские, кавалеры, дамы, народ, etc.

Время действия - 17-18 июня 1800. Место действия - Рим.

Первая постановка - 14 января 1900 года, Рим (Театро Констанци)

Действие первое.

Занавес поднимается на громкой последовательности трёх тяжеловесных, мрачных аккордов: это своеобразный лейтмотив-лейтгармония шефа полиции, мерзавца Скарпиа. Уже и Скарпиа в живых не будет, а его тема будет преследовать нас до конца оперы... (Рис. 1)

Интерьер церкви Сант-Андреа делла Валле; согласно ремарке Пуччини, справа от зрителя расположен фамильный склеп, или капелла Аттаванти, а слева - леса перед большим холстом, занавешенным тканью. Раннее утро.
Сюда из последних сил добрался бежавший из тюрьмы бывший консул Римской республики, а ныне политический преступник Чезаре Анжелотти. Он спешит к ковчегу Мадонны и находит спрятанный там ключ от фамильной капеллы Аттаванти, где его сестра - маркиза Аттаванти - оставила для него женскую одежду.
Затем, заслышав шум, Анжелотти прячется, и появляется Ризничий - староста церкви. Его появление сопровождается буффонной мелодией (Рис. 2)
Ризничий моет кисти, и бурчит себе под нос, что Каварадосси совсем его загонял:
- Сам-то малюет себе, а я ему должен краски смешивать, кисти вытирать. Тьфу!
Он подходит к лесам:
- Синьор Кавародосси!.. Упс! Никого нет... - сам себе сообщает Ризничий. - Странно; я думал, он весь в работе...
Ризничий замечает корзину с едой - трапеза даже не тронута.
Раздаётся удар колокола; Ризничий встает на колени и начинает молитву: "Angelus Domini".
В этот момент появляется Марио Каварадосси.
- Что ты делаешь?
- Recito l'Angelus, - молюсь, ясное дело!..
Художник поднимается на леса и снимает с картины покрывало, обнаруживая портрет золотоволосой Мадонны с огромными голубыми глазами. Однако Ризничий узнает в Богородице незнакомку, которая последнее время зачастила в храм.
- Верно; - говорит художник. - Ну, и что?
- Как - что? Грех это - изображать Мадонну с лицом мирянки! Изыди Сатана! - ризничий осеняет себя крестом.
- Дай-ка мне краски, - прерывает его Каварадосси.
Ризничий начинает мельтешить туда-сюда, время от времени обмакивая кисти в ведро, что стоит у подножия лесов. А художник бойко приступает к работе и поет знаменитую арию Recondita armonia. В ней он сравнивает черноглазую брюнетку Тоску с голубоглазой блондинкой маркизой Аттаванти. Суть сравнения сводится к следующему: "Голубые глаза хороши, только мне полюбилися карие". И чтобы эффектно доказать это слушателям, Каварадосси не только достает медальон с изображением своей возлюбленной Флории Тоски, но и поет: "Во всех моих помыслах - только ты!" - Ah'il mio sol' pensier sei tu! To-o-o-o-o-sca, sei tu! (фермата на си-бемоль)
[прослушать (Карузо)]
Ризничий же во время исполнения арии продолжает бурчать. [прослушать (Ди Стефано)]("Живая" запись, с репликами Ризничего и даже суфлёра).
После того, как отгремели аплодисменты, сторож обращается к художнику:
- Господин, я пойду?
- Как пожелаешь.
- А корзинка-то полная. Поститесь, что ли?
- Я не голоден.
- А вы это, господин... Не забойте запереть дверь, уходя, а? И вообще, обесточьте помещение...
- Уйди, а?
- Ухожу, ухожу, ухожу.

Каварадосси остается один. Но вдруг его внимание привлекает какой-то шум - то Анджелотти пытается открыть дверь своей капеллы.
- Кто здесь? - Марио спускается с лесов и подходит к решетке, огораживающей исповедальню. Анжелотти, за несколько мгновений до этого уже готовый спрятаться в капелле, вдруг устремляется к Каварадосси, распахнув руки для объятий.
- Вы? Каварадосси! Вас послал Бог!.. Не узнате? Да, в тюрьме я изменился сильно...
Каварадосси видит до боли знакомого человека, но не может его вспомнить... Ну, наконец-то он узнал своего собеседника:
- Анжелотти! Консул Римской республики! - Марио спешит запереть боковую дверь.
- Я только что бежал из крепости Сант-Анджело...
- Всецело располагайте мной, - заявляет художник.
В этот момент из-за сцены слышится женский голос: "Марио!"
- Прячьтесь! - говорит Каварадосси беглецу, - эта дама... ревнивая. Я постараюсь от неё побыстрее отделаться.
- Марио! - не унимается голос.
Каварадосси отдает Анджелотти корзину с провизией и подталкивает обратно в капеллу.
- Марио! Марио! Марио! - голос уже у входа в церковь.
- Тут я! - кричит в ответ художник и идет открывать.
На пороге появляется Флория Тоска (голос принадлежал именно ей).
- Почему так долго не открывал? - с порога заявляет она, даже не поздоровавшись. Каварадосси пытается было обнять её, но Тоска грубо отталкивает его руки.
- Так повелел ризничий.
- С кем ты разговаривал?.. Я слышала разговор, потом шаги и шелест платья, - заявляет Тоска, обшаривая пытливым взглядом каждый закоулок церкви. Где она?..
- Как тебе такое в голову пришло? - возмущается Каварадосси, - я думаю только о тебе!
Каварадосси хочет поцеловать возлюбленную, но та отстраняет его, на сей раз нежно: перед Мадонной? Сначала нужно помолиться... Флория расставляет цветы у статуи Богородицы и молится.
Отправив религиозный обряд, Флория бросается на шею любимому. Вообще-то она пришла, чтобы назначить Марио любовное свидание на его сельской вилле после спектакля, который состоится вечером и не затянется надолго. Женщина предается мечтам о том, как они прекрасно проведут время вместе. Но... что это? Марио рассеян, и как будто даже не слушает её? Он не рад свиданию? Ревность вспыхивает с новой силой. Неужели у её Марио есть другая?
Каварадосси, очнувшись от своих благородных мыслей о помощи беглому каторжнику, понимает, что сейчас ему не хватало только допроса Тоски. Он включает все свое обаяние "на полную катушку" и заверяет любимую, что она у него одна, и любит он только ее. Что ни на одну женщину он больше не сморит. А для пущей убедительности Марио помогает себе руками и поцелуями. Тоска сдалась. Вот и славно!
- А теперь оставь меня, милая, - прямо говорит Каварадосси.
- Ты меня гонишь?
- Ты знаешь сама - мне работать надо; это срочная халтура...
Художник вновь поднимается на леса, снимает ткань с картины и начинает изображать бурную деятельность. Но не тут-то было. Уже собравшаяся уйти Тоска останавливается перед полотном.
- Кто эта блондинка? - спрашивает она.
- Мадонна. Тебе нравится?
- Слишком красива.
- Ценная похвала!
- Глаза, как небо! Кстати, очень знакомые глаза... Погоди-ка, погоди... Тоска приближается к картине. И внезапно, узнав изображенную женщину, кричит страшным голосом:
- E l'Attavanti!..
- Brava!.. - усмехается Каварадосси.
- Ты ее любишь! - продолжает кричать Тоска.
- Я тебя люблю! - Каварадосси вновь надо успокаивать разбушевавшуюся возлюбленную.
И он выдает новую порцию заверений в своей пламенной любви. Марио объясняет ей, что хотел отразить свет в глазах Мадонны. Не мог же он написать Богородицу с черными глазами Тоски? Только поэтому он обратил внимание на голубоглазую маркизу. Да и не засматривался он на нее вовсе. А так, только слегка взглянул.
- Но люблю я только тебя, ревнивица ты моя!
- Правда? - все еще сомневается женщина.
- Мамой клянусь! Я счастлив только когда ты рядом. Floria, t'amo! И вновь уверения и ласки Каварадосси возымели свое действие. Тоска поверила в его чувства.
- Прости меня, Mario mio! - говорит она.
- Вот и умница, - отвечает художник, - а теперь оставь меня, иначе я никогда не смогу закончить свою Мадонну.
- Хорошо, - соглашается Флория.
Но, уходя, она ещё раз замечает, глядя на картину:
- Однако глаза ей надо сделать карими!
Нежно поцеловав любимую на прощанье, Каварадосси выпроваживает ее и, очертя голову, бежит к капелле, где все еще прячется Анджелотти.
- Уф! Еле-еле выпроводил... Так что же вы будете делать теперь?
- Моя сестра приготовила мне женское платье, в котором я смогу покинуть Рим. Она оставила его вместе с ключом от нашей семейной капеллы. Моя сестра...
- Аттаванти! - догадался художник.
- Да... теперь надо спешить. Если же все откроется, не миновать мне встречи с бароном Скарпиа.
- Скарпиа?! Этот злодей, который жестоко подавляет все свободолюбивые мысли и начинания! Святоша, что под маской лицемерной предается исступленному разврату! - страстно восклицает Каварадосси.
- Вот именно!
- Во что бы то ни стало я вас спасу! - в голову художнику приходит гениальная идея. - Вот вам ключ от моей загородной виллы.
Каварадосси знает о существовании потайного хода из капеллы Аттаванти:
- Этим ходом можно выйти в долину… в зарослях есть почти незаметная тропинка - то путь прямой ко мне, в мой домик! Отправляйтесь туда. Там вы сможете немного передохнуть и спрятаться. В саду есть колодец - на дне там вода, но посредине есть ниша, в которой можно спокойно укрыться… (Откуда Каварадосси знал о существовании потайного хода из капеллы прямо к нему на виллу, остается только догадываться. Видимо, неспроста все же его Тоска ревновала. Знала, с кем имеет дело).
- Спасибо! - благодарит товарища Анджелотти. - Addio!
Каварадосси продолжает давать наставления другу, как слышится пушечный выстрел с крепостной стены замка Святого Ангела. Он возвещает о том, что побег бывшего консула раскрыт. Анджелотти и Каварадосси вместе выбегают из церкви через капеллу Аттаванти.
Только они успели скрыться, в церкви появляется возбужденный ризничий. Он явился, чтобы огорчить сочувствующего республиканцам Каварадосси тем, что австрийские войска одерживают победу при Маренго. Но художника снова нет на рабочем месте. Тогда ризничий созывает певчих и мальчиков-учеников, чтобы с ними поделиться радостной вестью. Сторож рассказывает им о том, что сегодня будет празднование в палаццо Фарнезе, где кантату в честь победы будет петь сама Флория Тоска!!! Певчих же эта новость обрадовала только потому, что есть возможность получить за службу двойную плату. Они веселятся, не обращая внимания на ризничего, пытающегося восстановить порядок.
Но вот шумное веселье прерывается мрачными аккордами. В церковь пожаловал шеф римской полиции - известный своей жестокостью его превосходительство барон Вителлио Скарпиа с жандармами и полицейскими агентами.
- Что за шум в церкви! Никакого почтения!
- Господин, большая радость! - запинаясь, говорит испуганный ризничий.
- Готовьтесь к Te Deum.
Все удаляются. Ризничий тоже хочет сбежать, но, услышав повелительное "Останься!", замирает на месте. Скарпиа дает указания своему верному Сполетте обследовать каждый угол церкви в поисках улик и доказательств пребывания Анджелотти. Затем он обращается к ризничему:
- Из крепости Сант-Анджело сбежал государственный преступник. Может быть, он здесь?
- Сжальтесь! - шепчет дрожащий сторож.
- Где капелла Аттаванти?
- Вот она, пожалуйста.
Ризничий подходит к решетке капеллы и видит, что дверь открыта.
- Батюшки, как же она оказалась открытой? Может, был другой ключ?
Скарпиа с монахом заходят в капеллу, а когда появляются вновь, у барона в руках веер, который обронил Анджелотти, убегая из церкви. Барон внимательно рассматривает его и узнает изображенный на нем герб маркизы Аттаванти. Затем поднимает глаза на картину:
- Это ее портрет. Кто его написал?
- Il cavalier Cavaradossi... - заикаясь от страха говорит ризничий.
Скарпиа возвращается в капеллу и находит там пустую корзину из-под завтрака. Ризничий подтверждает, что это корзина художника. А он, вроде как, вольтерьянец (а значит революционер). Да еще и Тоска его, похоже, любит. Но, испугавшись своей собственной разговорчивости, ризничий начинает непрерывно осенять себя крестным знаменьем, приговаривая "Libera me Domine!"
В голове коварного шефа полиции все эти факты начинают складываться в совершенно определенную картину: возлюбленный Тоски художник Марио Каварадосси помог скрыться опасному государственному преступнику; сам же художник изображает Мадонну с ликом маркизы Аттаванти - сестры беглеца. Так, так... Это интересно. На лице барона появляется коварная ухмылка.
- Марио?! Марио?! - опять слышится голос Тоски. Сомнения в верности возлюбленного заставили ее вновь вернуться в церковь с, так сказать, внеплановой проверкой.
К ней подбегает ризничий:
- Нужен вам синьор художник? Но он исчез, как волшебник!
- Обманул? Нет!... Нет!... Не мог он изменить! - чуть не плачет Тоска.
Стоявший за колонной Скарпиа появляется пред взором Флории и протягивает ей руку: "Божественная Тоска, не с галантной целью, но лишь разделить с вами святую воду".
Пытаясь изобразить на лице любезность, женщина прикасается к руке барона: "Grazie, signor!" - и крестится.
Скарпиа начинает игру. Любезно обращаясь к собеседнице он выведывает у нее все, что она может знать по интересующему его вопросу, и как бы невзначай подводит ее к творению Каварадосси. Какое прекрасное лицо! С какой любовью оно написано! "Некоторые одеваются и выглядят, как Мадонна, хотя в Церковь ходят лишь за любовными интрижками…" - говорит Скарпиа. Упс! А вот и веер, который кто-то обронил в спешке. Тоска раздраженно выхватывает у барона его находку:
- La corona! Lo stemma! E l'Attavanti! - ("Корона! Герб! Это Аттаванти!") - взвизгивает она, вновь проявляя чудеса логического мышления.
Скарпиа доволен: яд начал действовать. Тоска охвачена ревностью.
Поворачиваясь к картине, Тоска грозит ей кулачком и клянется вывести любовников на чистую воду сегодня же вечером. Скарпиа говорит Тоске, что ее речи не совсем уместны в церкви, где народ уже начал собираться к мессе.
- Бог меня простит, - говорит Тоска. - Он видит, как я плачу!
С этими словами она выходит из церкви. Шеф полиции провожает ее, а после, вернувшись обратно, отдает приказание Сполетте и другим агентам следить за женщиной. Она непременно помчится искать своего Марио. А там, глядишь, и Анджелотти где-то недалеко.
- Все ясно! - козыряет Сполетта. - Где вас найти?
- В палаццо Фарнезе, - раздраженно отвечает его босс на довольно глупый вопрос подчиненного.
Сполетта и другие полицейские поспешно удаляются. А барон Скарпиа вновь обращается мыслями к Тоске:
- Va, Tosca! Лети, лети, голубка, а мы тебе крылышки подрежем, - со зверским наслаждением говорит он. - А потом в твоем сердце будет место и для Скарпиа! Ты будешь принадлежать мне!
Священное песнопение Te Deum, доносящееся из глубины церкви, приводит барона в чувства. Он с благоговением взирает на величественное шествие церковной процессии.
- Тоска, из-за тебя я забыл о Боге! - и с этими словами Скарпиа присоединяет свой голос к хору молящихся.

Действие второе

Рабочий кабинет Скарпиа на верхнем этаже палаццо Фарнезе. Справа большой письменный стол, слева обеденный стол. Широкое окно обращено во внутренний двор дворца. Ночь.
Начальник полиции ужинает в одиночестве, нервничая в ожидании новостей. Скарпиа не расположен идти на прием, даваемый Неаполитанской королевой Марией Каролиной по случаю победы над Бонапартом войск генерала Меласа, хотя торжества происходят в том же палаццо Фарнезе на нижних этажах. Он прекрасно понимает, что если не предъявит сбежавшего Анджелотти, то сам может оказаться узником крепости Сант-Анджело. Поэтому Скарпиа пребывает отнюдь не в том настроении, чтобы наряжаться для празднества.
- Тоска в палаццо? - спрашивает барон у Шарроне.
- Сейчас ее выход, - отвечает тот, подразумевая, что знаменитая певица должна исполнять кантату.
- Открой! - приказывает шеф полиции, указывая на окно.
Затем он дает указания своему подчиненному:
- Ты встретишь Тоску на выходе, когда она закончит петь, и приведешь ее сюда.
Скарпиа встает из-за стола, чтобы подписать пропуск и передает его Шарроне. Затем он снова возвращается к трапезе:
- Она придет из любви к своему Марио!- уже предвкушает он удовольствие, которое испытает, заставив певицу отдаться ему. - Тоска создана для наслаждения, как и прекрасные вина! (думая, что его никто не видит, жадно пьёт портвейн из горлышка).
Вновь появляется Шарроне с известием, что прибыл Сполетта.
- Пусть войдет, - приказывает Скарпиа.
Входит довольно испуганный Сполетта. Быстро перекрестившись со словами "Помоги мне Святой Игнат", он рассказывает, как следил за певицей до самой виллы художника.
- О храбрый Сполетта! - с легкой издевкой говорит барон.
- Я все обшарил, - продолжает агент.
- А Анджелотти?
- Его там не оказалось.
- Собака! Подлый изменник! - срывает Скарпиа свое раздражение на Сполетте.
- Но там был художник.
- Каварадосси?
- Да, и мы его арестовали. Он в приемной сейчас.
Барон подходит к открытому окну и вслушивается в чарующие звуки голоса Тоски, которая в этот момент исполняет кантату. В голове начальника полиции рождается новый план:
- Приведите кавалера! - приказывает он и идет к своему рабочему столу.
Сполетта выходит. Шарроне же по распоряжению шефа отправляется за палачом Роберти и судебным приставом.
Четверо полицейских вводят Каварадосси. Марио внешне спокоен, но это спокойствие обманчиво. Он понимает, что шеф полиции пригласил его не о погоде поболтать.
- В чем дело? - спрашивает он.
- Нам с вами надо уладить маленькое недоразумение, - говорит Скарпиа, излучая вежливость.
- Что вы хотите знать?
- Садитесь, - предлагает Скарпиа, указывая на стул с противоположной стороны стола.
- Спасибо, я пешком постою, - отвечает художник.
- Ну, что ж. Сегодня из крепости Сант-Анджело сбежал опасный преступник. Известно ли вам об этом?
- Нет, - Марио узнает голос Тоски, доносящийся через открытое окно.
- Есть свидетельство, что вы встретились с ним в церкви Сант-Андреа и передали ему провизию и одежду, - продолжает допрос Скарпиа.
- Ложь!
- Затем вы отправились вместе на вашу виллу, - продолжает барон спокойным голосом.
- Отрицаю. Где доказательства?
- Есть надежные свидетели.
- И кто это? Ваши ищейки? - иронично спрашивает Марио.
- Во время обыска он смеялся над нами! - говорит Сполетта.
- Я и сейчас смеюсь! - отвечает Каварадосси.
- Так вы намерены продолжать отрицать свою связь с преступником? - Скарпиа начинает злиться. В раздражении он подходит к окну, откуда все еще слышится пение, и затворяет его. Ничего, он и не таких обламывал. И с этим художником справится:
- Где Анджелотти?
- Не знаю.
- Вы дали ему еду?
- Nego!
- И одежду?
- Nego!
- И спрятали его у себя на вилле?
- Nego! Nego!
Глубоко вздохнув несколько раз по системе йогов, Скарпиа берет себя в руки и успокаивается:
- Кавалер, по-хорошему вам рекомендую сказать все, что вы знаете. Где Анджелотти?
- Не знаю.
- В последний раз спрашиваю: ГДЕ?
- Не знаю.
В этот момент в кабинет входит Тоска. Она порывисто бросается к Марио, тем самым обнаруживая свою слабость. На лице ее возлюбленного появляется тревога. Он не ожидал увидеть Флорию здесь. Каварадосси просит ее молчать и не выдавать того, что она узнала на вилле.
- Марио Каварадосси! - громогласно произносит Скарпиа. - Как свидетель вы будете допрошены более тщательно.
Полицейские хотят увести художника в другое помещение, которое оборудовано специально для таких случаев, но Марио отстраняет их и гордо сам идет на пытку. Роберти и судебный пристав следуют за ним. Тоска хочет остановить их, но Скарпиа преграждает ей путь. А Шарроне становится у двери.
- Мы с вами хорошие друзья, - галантно заявляет Тоске шеф полиции, - так почему бы нам ни поговорить? Садитесь, прошу вас. Итак, какое продолжение получила история с веером?
- Я просто приревновала, - говорит Тоска, изображая равнодушие.
- То есть маркизы Аттаванти не оказалось на вилле?
- Нет, Марио был там один.
- Вы уверены?
- Уверена, он там был один.
- Один?
- Один! - вскрикивает женщина.
- Сколько в вас огня!!! - ухмыляется барон.
Скарпиа поворачивается к двери, за которой происходит допрос Каварадосси, и спрашивает у Шарроне:
- Сознался ли синьор?
- Нет, - отвечает тот.
- Сильнее интересуйтесь, - наставляет злодей.
Шарроне возвращается в комнату пыток и закрывает за собой дверь.
- Это бесполезно, - говорит Тоска.
- Посмотрим, синьора, - отвечает ей Скарпиа. - Чем быстрее Каварадосси сознается, тем меньше ему придется страдать.
- Страдать? Что вы такое говорите? Что происходит в той комнате?
- Ничего особенного, просто исполняем закон.
- О Боже! - Тоска понимает, что за таинственной дверью Марио пытают.
- Да, синьора, там он связан, ему причиняют боль, он истекает кровью, - со зверским наслаждением рассказывает Тоске о процедуре допроса высокопоставленный садист.
И в этот момент раздается первый крик Каварадосси.
- Он стонет. Пощадите! Прекратите, умоляю! - просит Тоска.
- Прекратите допрос, - приказывает Скарпиа.
- Совсем? - недоверчиво переспрашивает Шарроне.
- Совсем.
- Могу я его увидеть? - спрашивает у барона женщина.
- Нет, - отвечает тот.
Тогда Тоска приближается к двери, за которой страдает ее любимый:
- Марио!
- Тоска! - слышит она голос Каварадосси.
- Тебя больно?
- Нет. Мужайся! Молчи!
- Что скажете, Тоска? - обращается к ней Скарпиа.
- Ничего.
- Вы испытываете мое терпение. Роберти, продолжай.
- Нет, остановитесь.
- Вы будете говорить?
- Нет... чудовище! Какая мука!
- Чем дольше вы молчите, милая, тем дольше ваш любовник будет мучиться.
Тоска колеблется, но все же продолжает хранить тайну. А Скарпиа звереет. Он приказывает Сполетте открыть дверь, чтобы Флория могла насладиться зрелищем. Сам же он наставляет Роберти:
- Piu forte! Piu forte! (Сильнее, сильнее!)
Тоска видит Марио, прикованного к хитроумному механизму, который в народе называют "давилкой". Его голову сжимают тисками. Несчастная женщина в ужасе.
- Так вы будет говорить? - вновь обращается Скарпиа к Тоске.
- Что говорить?
- Все, что знаете.
- Я ничего не знаю.
- Хватит лгать! Говорите, где Анджелотти?
- Нет. О Боже, я больше не вынесу этого! - Тоска не может смотреть, как истязают возлюбленного. - Марио, я больше не могу! Я все ему скажу, Марио!
- Нет, нет! - стонет Каварадосси.
- Послушай, Марио, пожалуйста, я больше не могу, не могу. Пожалуйста, Марио!
Тоска плачет, Скарпиа бесится, что никак не может выбить признание, Сполетта молится. На какое-то мгновение смолкают все звуки. И вдруг эту звенящую тишину прорезает отчаянный вопль Каварадосси "А-а-а-а-а-а-а-а-а!"
- Nel pozzo... nel giardino... (В колодце... в саду...) - быстро произносит Тоска. Она не смогла вынести мучений.
- Кто? Анджелотти? - уточняет Скарпиа.
- Si.
- А-а-а-ах! - с наслаждением произносит барон. - Basta, Roberti.
- Убийца!!! - кричит Тоска.
- Приведите Каварадосси! - приказывает Скарпиа.
Полицейские вносят окровавленного пленника и кладут его на кушетку. Тоска бросается к нему. Она утирает кровь с лица любимого, целует и умывает его своими слезами.
- Флория! - шепчет Каварадосси.
- Любимый...
- Это ты?
- Ты жив любимый! Бог накажет их. Бог накажет.
- Тоска, ты не сказала им?
- Нет, любимый...
- Действительно?
- Nel pozzo del giardino. - Va, Spoletta! А-ха-ха-ха! - залился Скарпиа сатанинским смехом.
Услышав это, Каварадосси понимает, что Тоска все рассказала начальнику полиции. Он вскакивает с кушетки и, отстранив Тоску, кричит:
- Предала! Проклятье!
Но силы оставляют его, и он падает.
В этот момент в кабинет врывается Шарроне. Он принес известие, что в результате внезапной стремительной контратаки, предпринятой французскими революционными войсками под командованием Наполеона, австрийская армия потерпела сокрушительное поражение при Маренго, а генерал Мелас бежал. На какое-то мгновение Скарпиа лишается своей обычной уверенности, но быстро приходит в себя.
Эта новость придает Каварадосси силы. Он с трудом поднимается и кричит нечеловеческим голосом с длиннющей ферматой на ля-диезе (он же, грубо говоря - си-бемоль):
- Vitto-o-oria! Vitto-o-o-o-ori-i-i-i-i-i-i-ia! А! Все же бог есть, и он мстит! Оковы тяжкие падут, темницы рухнут - и свобода... (ну, и так далее).
- Тише, Марио, тише! - молит Тоска.
- Хватит! - кричит Скарпиа, - уберите его отсюда!
Полицейские хватают бунтовщика и пытаются увести его. Но художник сопротивляется, он не все еще выплеснул в лицо тирану.
- Да уберет его кто-нибудь, наконец! - брезгливо говорит барон.
- Марио, я с тобой! - кричит Тоска.
- Нет, милая, а вы как раз останетесь, - заявляет начальник полиции.
Марио уводят. Тоска бросается к Скарпиа:
- Спасите его!
- Я?... Вы можете его спасти! - барон возвращается к столу с трапезой. - Бедный мой ужин совсем остыл.
Скарпиа смотрит на Тоску, неподвижно застывшую у двери, через которую увели Марио.
- Вы так расстроены? Ну же, прекрасная синьора, присядьте сюда. Хотите, мы вместе подумаем, как его спасти? - барон берет бокал вина и рассматривает, как оно играет в неровном свете свечей. Затем он наливает второй бокал для Тоски. - Испанское! Ну, же, сделайте глоток.
Тоска садится за стол напротив Скарпиа, закрывает лицо руками, а потом, подняв взгляд на своего мучителя спрашивает:
- Quanto?
- Quanto? - удивляется барон.
- Il prezzo!.. (Какова цена?) - уточняет Тоска.
- Ах-ха-ха-ха! Говорят, что я продажен, - смеется Скарпиа, - но прекрасной женщине я не продаюсь за звон монет… Стань моей! Тоска, я думаю только о тебе. Твоя красота сводит меня с ума!
Барон пытается обнять женщину, но ей настолько противны его ласки, что она вырывается и подбегает к окну со словами: "Скорей броситься вниз!".
- Соглашайся, - настаивает Скарпиа, - и Марио останется жив.
Тоска бросается к двери. Она хочет убежать, позвать на помощь. Но начальник полиции говорит:
- Ты свободна. Иди же! Но знай, на рассвете Марио будет казнен за соучастие в побеге и помощь, оказанные государственному преступнику. Решай!
- О Боже! - стонет Тоска.
- Мы можем решить все полюбовно, - Скарпиа вновь пытается обнять Флорию.
- Подлец!
- Моя!
- Подлец!
- Моя!
- Помогите!
Вдалеке слышится барабанная дробь. Изверг продолжает:
- Слышишь эти барабаны? Это ведут преступников на казнь. У твоего Марио остался час жизни.
Обессиленная Тоска опускается на кушетку, а Скарпиа отходит в дальний неосвещенный угол кабинета, чтобы певица беспрепятственно могла исполнить свой главный хит - арию Vissi d'arte.
- Я жила ради искусства и любви, - поет Тоска. - С какими бы несчастьями ни сталкивалась, я никогда никому не причинила вреда. Мои молитвы возносились в святых церквах, я приносила цветы к алтарю, даже в час скорби. Ну, почему же, Господи, ты оставил меня теперь в этот тяжкий час? Nell'ora del dolore, perche, perche Signo-o-o-o-o-or!!! (фермата на си-бемоль). [Прослушать]
Когда барону надоедает слушать бурные и продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию, он выходит из своего темного угла на свет рампы и говорит:
- Решай же!
- Я у твоих ног, - плачет измученная женщина, - чего еще ты хочешь?
- Ты очень красива, Тоска, и сильно любишь своего Марио. Подумай, я требую не слишком большую цену за жизнь твоего возлюбленного.
- Уйди, уйди, ты мне противен, - с отвращением кричит Флория.
Их разговор прерывает стук в дверь. Скарпиа спрашивает:
- Кто там?
- Господин, - говорит вошедший Сполетта, - Анджелотти покончил с собой.
- Так, стало быть. А другой преступник?
- Кавалер Каварадосси? Все готово к казни, господин.
- Боже мой! - в ужасе выдыхает Тоска.
Заметив это, Скарпиа останавливает уже собравшегося уйти Сполетту.
- Так что же? - многозначительно обращается он к Флории, - что ты решила?
Тоска бессильно склоняет голову в знак покорности.
- Ты обещаешь ему свободу? - спрашивает с надеждой она у своего мучителя.
- Конечно, но я не могу просто так освободить государственного преступника. Поэтому мы устроим ему мнимый расстрел холостыми патронами. Ему нужно будет только изобразить мертвого. Этот человек, - барон указывает на Сполетту, - обо всем позаботится.
- Как мне в этом убедиться? - спрашивает Тоска.
- Очень просто. Сполетта, закрой дверь. Вот мой приказ. - Скарпиа подписывает какой-то документ и вручает его подошедшему подчиненному. - Сделайте все, как с графом Пальмьери.
- Граф был расстрелян... - начинает Сполетта.
- ... холостыми! - с нажимом произносит Скарпиа, вперив в Сполетту многозначительный взгляд. - Действуй так же, как с Пальмьери... Понятно?
- Понял вполне. Как Пальмьери.
- Свободен.
- А что было с Пальмьери? - интересуется Тоска, которая, как и многие артисты, мало интересовалась коллизиями внутренней политики.
- Не волнуйся, патроны будут холостыми, - нагло лжет барон и, вновь обращаясь к Сполетте, отсылает его исполнять приказ.
Тот удаляется. Скарпиа остается с Тоской наедине.
- Итак, я выполнил свое обещание.
- Еще нет, - отвечает она, - я хочу потом покинуть Рим вместе с Марио.
- Вы действительно этого хотите?
- Да, насовсем.
- Ну, что ж? Воля ваша.
Скарпиа подходит к рабочему столу и пишет пропуск для Тоски в крепость Сант-Анджело, также позволивший бы им после "казни" беспрепятственно покинуть город. А Флория тем временем в изнеможении подходит к столу, за которым барон трапезничал. Она берет бокал испанского вина и вдруг замечает рядом с ним нож. Сознание её мгновенно молнией пронзает страшная мысль... Похоже, иного выхода у неё не остаётся…
- Какой же путь вы изберете для побега? - интересуется Скарпиа.
- Самый короткий! - отвечает Флория.
- Civitavecchia?
- Si.
Скарпиа закончил возиться с писаниной. Он берет пропуск, выходит из-за стола и, довольный сам собой, с торжествующей улыбкой победителя, идет к Тоске с распростертыми объятьями:
- Тоска, наконец-то ты моя!
Женщина инстинктивно хватает нож и пронзает им барона в самое сердце. С диким криком Скарпиа падает на колени:
- Проклятье!
- Вот тебе поцелуй Тоски! - в свою очередь кричит Флория.
- Помогите! Умираю!- пытается позвать кого-нибудь Скарпиа. - На помощь! - уже хрипит он. - Умираю!
- Хочешь еще? Говори!... Смотри на меня! Кто оказался сильнее? Тоска или Скарпиа?
Барон делает бесплодную попытку подняться, но падает навзничь.
- Помогите! Умираю! - шепчет он.
- Умри, гадина! Умри! Умри!
Скарпиа издает последний стон и замирает недвижим.
- Он умер! - восклицает Тоска и осеняет себя крестом. - В смерти прощенье!..
Отведя взгляд от тела Скарпиа, Флория замечает кровь на своих руках. Она берет графин с водой и пытается смыть ее. Затем она идет к столу барона и начинает искать там пропуск, который тот должен был подписать, но не находит его. Тогда женщина спешит в другую часть кабинета и, проходя мимо убитого, замечает в его руке свиток. Очень осторожно подходит она к нему и дрожащей рукой пытается забрать бумагу. Но Скарпиа держит ее мертвой хваткой. Наконец она выдергивает бумагу, и рука барона падает на пол.
- И перед ним дрожал весь Рим! - восклицает Тоска, глядя на распростертое перед ней тело тирана.
Флория хочет уйти, но видит на столе свечи в высоких канделябрах. В каком-то суеверном порыве она ставит их по обе стороны головы Скарпиа и кладет ему на грудь распятье, после чего крадучись выходит - с последними нотами звучащей в этом действии музыки.

Действие третье.

Верхняя площадка замка Сант-Анджело. Слева - тюремные камеры. Невдалеке стол, на нем лампа, рядом стул. На стене - распятие и висящая перед ним лампада. Справа - узкая лестница, ведущая на самый верх площадки, с которой открывается величественная панорама Ватикана с куполом собора Святого Петра.
Ночь. Звезды сияют на безоблачном небе. Вдали (за сценой) слышится песенка маленького пастушка, которая постепенно стихает. Ей на смену приходит колокольный перезвон. Рим готовится к встрече нового дня.
На площадку с фонарём выходит тюремщик. Он подходит к столу, зажигает лампу и лампаду. Затем идёт к парапету, смотрит вниз, во двор, ожидая появления солдат с осуждённым. Встретив часового, перекидывается с ним парой реплик, затем возвращается к столу и, усевшись поудобнее, погружается в дремоту.
Наконец, появляется группа солдат во главе с сержантом, сопровождающие Каварадосси. Дойдя до площадки, сержант сдает арестанта с рук на руки тюремщику. Заполнив все бумаги, тюремщик просит сержанта расписаться - после чего последний удаляется вместе с солдатами. После соблюдения всех соответствующих формальностей тюремщик обращается к Каварадосси:
- Вам час остался... Пришел священник, он готов вас исповедовать.
- Не надо, - говорит Марио. - Окажите мне услугу, исполните мою последнюю просьбу.
- Ну, если это в моих силах…
- Я хотел бы проститься с дорогим мне человеком. Могу я написать письмо?
Тюремщик сочувствует осужденному, но если выполнять все просьбы приговоренных на казнь, вскоре можно лишиться работы. Поэтому он отказывает Марио. Тогда Каварадосси снимает с пальца перстень и протягивает его тюремщику:
- Это всё, что у меня есть. Прошу вас, исполните мою просьбу, и он ваш.
Повертев кольцо в руке, тюремщик прячет его в карман и встает из-за стола:
- Пишите... - (что охраняем, то и имеем).
Оставшись в относительном уединении, Каварадосси принимается за письмо и останавливается, охваченный воспоминаниями. Он поднимается на крепостной вал и смотря на вечный город, прощается с ним и со своей любимой Флорией. Нетленная ария - E lucevan le stelle:
- Горели звезды... благоухала ночь. Дверь тихо отворилась, услышал я шелест одежды. И вот вошла она и на грудь мне упала. О, сладкие воспоминанья! О, где вы, ласки, объятья и страстные лобзанья! Как легкий дым, все быстро вдруг исчезло. И вот я умираю в отчаянии, а никогда раньше я с такой силой не жаждал жизни!
Марио в отчаянии закрывает лицо руками. [Восслушать (Карузо)] или [восслушать (Ди Стефано)]
[А здесь - более поздняя, "живая" запись Ди Стефано, с "бисом"]
А его второе "я" - тенор - купается в овациях, которые заодно помогают ему отдышаться.
Но пора продолжать спектакль. Каварадосси с тоской смотрит вниз во внутренний двор замка и... о, Боже, не может быть... В сопровождении сержанта и Сполетты к Марио спешит возлюбленная! Флория бросается к нему в объятья и показывает документ, который ей "выдал" шеф римской полиции. Марио читает:
- ... Беспрепятственный проезд Флории Тоски... в сопровождении кавалера...
- ...в сопровождении кавалера, - перебивает его Флория. - Ты свободен!
Поначалу сердце Каварадосси наполняют радость и надежда, но затем он смотрит на подпись:
- Скарпиа!... Скарпиа уступил? В первый раз в жизни? - недоверчиво восклицает он.
- И в последний! - говорит Тоска.
- Каким образом?
Флория рассказывает ему о том, как она "заставила" злодея подписать пропуск, а затем, когда тот уже собрался схватить свою добычу - её, Тоску - она вонзила нож ему в сердце.
- Ты? - не верит своим ушам Марио.
- Да, мои руки все были в крови, - трагически, но с пафосом произносит женщина.
Каварадосси опускается перед ней на колени, берет её ручки в свои, нежно целует и поет:
- O dolci mani... О, нежные ручки. Вы созданы для ласк и украшений. Вы должны срывать розы. Вы созданы для любви, а не для смерти.
- Слышишь! - отвечает ему Флория, - час уже близок. Все готово для нашего бегства. Ты должен будешь только притвориться мертвым, когда раздастся выстрел. А потом... Мы поплывем на яхте по морю, освещенному лучами заходящего солнца, и легкий ветер понесет нас навстречу свободе!
- Свободе! - отрешенно произносит Марио. Он понимает, что выданный начальником полиции пропуск - обман, но делает вид, что берет его с благодарностью, отдаляя минуту, когда любимая сама поймет всю тщетность своих попыток спасти ему жизнь. Его слух ласкают звуки ее дорогого голоса:
- О, говори, я хочу тебя слушать. Звучит так нежно голос твой, родная!
А Тоска все с большим воодушевлением рассказывает любимому о счастье, которое уже совсем скоро наполнит их жизнь. И вот они с Марио уже вдвоем поют:
- Настанет новая счастливая жизнь! В ней будет только любовь и радость!
- Я покрою твои глаза тысячами поцелуев, - говорит Тоска, - и тысячу раз назову тебя любимым!
Церковный колокол звонит четыре раза. Появляется тюремщик:
- Пора!
- Я готов, - мужественно произносит Каварадосси.
Марио и Тоска в сопровождении караула отправляются на самый верх крепости Сант-Анджело, где и должна состояться казнь. По пути Флория продолжает давать любимому наставления:
- Как только прозвучит выстрел, ты должен упасть.
- Упасть, - повторяет Марио.
- И ты не будешь подниматься, пока я не позову тебя.
- Не буду, любимая!
- Хорошо.
- Как Тоска в театре, - улыбаясь, произносит художник.
- Не смейся...
- Так? - Марио делает серьезное лицо.
- Так.
А на верхней площадке замка расстрельная команда уже готова к исполнению своих обязанностей. Каварадосси становится напротив взвода солдат. Сержант предлагает ему повязку на глаза, но Марио отказывается. Он примет смерть с открытым взором. Тоска, отойдя к парапету, издали следит за всем.
- Как мучительно ожидание! - произносит она. - Скорей бы, вот уже и солнце встает. Сколько может длиться эта комедия? Ну, наконец-то все готово. Как красив мой Марио!
Каварадосси находит в себе мужество взглянуть на Флорию в последнее мгновение своей жизни в то время, как сержант подходит к наряду солдат и командует: "Пли!" Тоска закрывает руками уши, чтобы не слышать звука выстрелов. Раздается ружейный залп и Каварадосси падает.
- Умри! - восклицает радостная женщина, посылая возлюбленному воздушные поцелуи. - Какой артист!
К Каварадосси приближается сержант, чтобы произвести контрольный выстрел, но Сполетта, находившийся там же, останавливает его и накрывает тело плащом. Затем все - солдаты, сержант и Сполетта - уходят.
Со своего места Тоска наблюдает за происходящим. Только бы Марио не пошевелился и не выдал себя! Потихоньку она приближается к любимому:
- Не двигайся! Они уже уходят... спускаются с лестницы...
Тоска делает вид, что тоже собирается покинуть площадку. Когда все ушли, она возвращается и снова обращается к Каварадосси, продолжая поглядывать на лестницу, по которой спустились вниз солдаты. Она шепчет:
- Быстро вставай, Марио! Марио, Идем!... Вставай!
Флория приближается к Каварадосси, чтобы помочь ему встать. Она откидывает плащ и видит кровь у него на груди. Марио недвижим.
- А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! - в ужасе Тоска кричит и бросается на тело любимого. - Morto! Morto! Марио мертв, как же так... как же так?...
Между тем через внутренний двор бегут солдаты во главе с Шарроне и Сполеттой. Их голоса приближаются:
- Говорю вам, кинжал!
- Скарпиа?
- Скарпиа.
- И та женщина - Тоска!
- Она не уйдет!
- Все на лестницу!
- Она здесь! - указывает на Тоску вбежавший на площадку Шарроне.
- Тоска, стойте, если вам дорога жизнь! - кричит Сполетта.
Полицейские бегут к Флории. Сполетта пытается схватить Тоску, но она с силой отталкивает его, взбегает на парапет и с криком: "О Скарпиа, да рассудит нас Бог!" -бросается вниз. Все застывают в ужасе.

Занавес быстро падает.

Призрачная справка:

В мае 1889 года - менее, чем через месяц после премьеры "Эдгара", Пуччини отправил своему издателю Рикорди письмо, в котором умолял добыть разрешение у В. Сарду на то, чтобы положить его пьесу в основу своей новой оперы, "поскольку я не вижу в "Тоске" ни чудовищных пропорций и массивных декораций, ни чрезмерностей в музыке" - лишний раз подтвердив, что мода на жанр "гранд опера", входившая в моду в Италии в 1870-е, его никак не устраивала. Однако никакого конкретного результата не последовало, и Пуччини переключил своё внимание на другие вещи. Как бы то ни было, он увидел спектакль во Флоренции в 1895 году с Сарой Бернар (специально для которой Сарду и написал пьесу). На следующий год, уже имея в своём активе "Богему", композитор вновь возвращается к этой идее.
Но - вот беда! - к тому времени Сарду уже дал "добро" на создание оперы композитору Альберто Франкетти, а Луиджи Иллика уже написал либретто, заслужившее безоговорочное одобрение самого Джузеппе Верди. Тем не менее, почти всевластному Рикорди и авторитетному Иллике не стоило больших трудов убедить Франкетти отказаться от этого сюжета...
Как обычно, на "полировку" либретто было отдано Джузеппе Джакоза - который, как повелось, начал работу с непрерывных отказов. Слишком грандиозный сюжет, говорил он, и мало простора для выражения эмоций... Также, как повелось издавна, он поминутно угрожал, что "выйдет из игры". Тем не менее, в в начале 1898 года Пуччини имел в своём распоряжении полное либретто и начал работу над первым актом. В июне этого года Пуччини наносит визит Сарду, который, забросав композитора тоннами советов, тем не менее, дал либретто своё благословение; позже Пуччини оценивал советы Сарду, как непосредственные улучшения к оригинальной драме. (Положа руку на сердце - кто её ныне помнит?)...
Как всегда, Пуччини занимали реальные, "аутентичные" детали. Его добрый знакомый, падре Пьетро Паникелли, снабдил композитора оригинальным материалом "Te Deum", что исполнялся в римских храмах; объяснил правильный порядок процессии кардиналов. Мелуцци, престарелый музыкант Ватиканской капеллы, дал ему точные настройки колоколов крепости Сант-Анджело. (Тем не менее, Пуччини специально съездил в Рим, чтобы послушать утренние колокола Сант-Анджело). Римский поэт Луиджи Дзанаццо написал текст песенки пастушка (кстати, последнее, что вписал Пуччини в партитуру).
В октябре 1899 года, когда опера была уже практически закончена, композитор делает два существенных изменения в либретто: он "выбрасывает" арию Каварадосси под пытками, переходящую в квартет с участием Тоски, Судьи и Сполетты, сочтя это слишком старомодным, драматургически статичным ансамблем. Точно так же, (несмотря на восхищение этим фрагментом Джузеппе Верди), Пуччини безжалостно вымарывает арию Каварадосси "Прощайте, искусство и жизнь", заменив её на ставшую уже хрестоматийной "E lucevan le stelle".
Затем Рикорди принялся настаивать на развёрнутом любовном дуэте в третьем акте (издатель, несомненно, был под сильным впечатлением от "Андре Шенье"; ему не нравился слишком уж "поверхностный" дуэт Тоски и Каварадосси) - но композитор твёрдо стоял на своих позициях - Тоска, говорил он, настолько занята тем, что происходит, что на долгие "лирические отступления" у неё просто нет ни желания, ни сил - и, как подтвердило время, в очередной раз оказался прав.
Скорее всего, именно тот факт, что действие происходит в Риме, подвигнул Рикорди на премьеру в этом городе. В первом исполнении пели Хариклея Дарке (Тоска), Эмилио де Марки (Каварадосси) и Эудженио Джиральдони (Скарпиа); дирижировал Леопольдо Муньоне. Декорации были сделаны главным художником Ла Скала, адольфо Хоенштайном, а постановщиком выступил Тито Рикорди - сын всевластного Джулио. Несмотря на неоднозначную реакцию критики (многие находили сюжет чрезмерно брутальным) - первая постановка прошла двадцать раз (!) при переполненном театре. Успех оперы подтвердился два месяца спустя в Ла Скала (состав был тот же, кроме Каварадосси -Джузеппе Боргатти; дирижировал Артуро Тосканини).
Первое представление за пределами Италии состоялось в июне того же года в Буэнос-Айресе; премьера в Ковент Гарден прошла 12 июля (Тоска - Милка Тернина, Каварадосси - Фернандо де Лючия и Скарпиа - Антонио Скотти; роль, в которой он доминировал ещё 33 года, до конца своей карьеры).
В России "Тоска" была впервые дана в Одессе (на итальянском языке) в 1900 году. В Петербурге первое представление состоялось в 1902 году в aнтрепризе В. Любимова.

Во все времена книги пользовались спросом, ведь именно в них подаются нам все знания, которые и делают нас людьми в современном понимании! Мы любим самые разные книги, нуждаемся в разных книгах - кому-то необходима для полноценной жизни классическая литература, кто-то любит читать фэнтези, а кто-то постоянно приобретает профессиональную компьютерную литературу. Самый известный книжный сайт рунета Озон всегда готов предоставить вам лучшие книги!

Публикация: 3-04-2010
Просмотров: 5435
Категория: Наш ликбез
Комментарии: 0

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.