ГЛАВНАЯ ОБМЕН БАННЕРАМИ ССЫЛКИ ССЫЛКИ НА МУЗЫКАЛЬНЫЕ САЙТЫ О ПРОЕКТЕ

Руджеро Леонкавалло. ПАЯЦЫ

Руджеро Леонкавалло. ПАЯЦЫДрама в двух действиях с прологом; либретто Р.Леонкавалло.

Первое представление 21 мая 1892 г. Милан

Действующие лица:
Канио, хозяин труппы бродячих актеров (в комедии - Паяц) - тенор
Недда, его жена (в комедии - Коломбина) - сопрано
Тонио, актер труппы (в комедии - Тадео) - баритон
Беппо, актер труппы (в комедии - Арлекин) - тенор
Сильвио, молодой крестьянин любовник Недды - баритон
Cеляне и cелянки
Действие происходит в Калабрии вблизи Монтальто между 1865 и 1870 годами в день Успения Пресвятой Богородицы.

Пролог

Дирижер восходит на подиум - и звучит знаменитое вступление к опере.
На сцене, перед закрытым занавесом появляется Пролог (обычно это Тонио в клоунском наряде, но возможны варианты).- Si può?... Si può?... (Позвольте?) - спрашивает Пролог, отвешивая публике поклон. - Синьоры, scusatemi, разрешите представиться. Я - Пролог.
Далее он рассказывает зрителям, что сейчас они увидят пьесу, которая хоть и является плодом фантазии автора, но все переживания героев правдивы, а поступки их продиктованы зовом сердца.
- Вы скажете, - обращается Пролог к публике, - "Слезы, которые вы проливаете фальшивы. Конвульсии, в которых вы бьетесь, когда вас убивают, не настоящие". Нет! Забудьте на краткий миг, что пред вами комедианты. Загляните к нам в душу, и вы увидите: актеры, как и все люди, мечтают, любят, страдают. Можно спрятать лицо под маской, но сердце маской не скроешь... Ну, все, что знал - рассказал!
Затем Пролог оборачивается к кулисам и кричит:
- Andiam. Incominciate! (типа, хватит болтать, мы начинаем!)

Действие первое

Жители итальянской деревеньки Монтальо собрались на площади, которая нарядно украшена к празднику. Все ждут приезда странствующих комедиантов. Значит, будет веселый спектакль, смех, шутки, розыгрыши. И вот невдалеке слышатся нарочито фальшивые звуки трубы и барабана. На площадь въезжает повозка, которую тянет ослик. Вся труппа состоит из четырех человек: Канио, его жены Недды, актеров Беппо и Тонио. Селяне радостно приветствуют их:
- Эй, а где Арлекин? Где Коломбина? Эй, дурак, - обращаются они к Тонио, - а ну-ка попляши! Давай, урод, пляши! О, вот и все остальные. Браво, паяцы, браво!
Канио, как хозяин всего этого балагана, в клоунском наряде, раскланивается и говорит:
- Большое готовлю для вас представленье! - он рассказывает о том, что их ждет очередная серия вечной истории о неверной жене, грозном муже и любовнике в шкафу. И конечно, он не забывает напомнить жителям деревни, что представление состоится в 23 часа.
Актеры тем временем начинают снимать с повозки свой нехитрый реквизит. Тонио помогает спуститься на землю Недде, но тут же получает пинок под зад от ее ревнивого мужа Канио, который еще и обзывает его ослом.
- Я это тебе припомню! - бурчит в сторону обиженный Тонио.
К клоунам подходят четверо крестьян и предлагают им отметить приезд в таверне за счет заведения.
- С удовольствием! - соглашается Канио.
- Не ходили бы вы, хозяин, - говорит Беппо, - сегодня спектакль.
- Да, брось! На халяву и уксус сладкий.
- А мы, ослы, предпочитаем воду, - уходя, с вызовом бросает Тонио.
- А дурак вовсе не глуп, - смеется крестьянин. - Пока муж пирует, он останется с красоткой.
- Эй ты, шутник! - Канио хватает бедолагу за грудки. - Запомни! Сердце Недды, любовь ее - души моей усталой последний праздник. Не знаю, за что мне это счастье, но я клянусь, никому ее не отдам. И вообще, товарищ, театр и жизнь - не одно и то же. Когда жена Паяцу на сцене изменяет, вы смеётесь над ревнивым мужем ловкой Коломбины; он же вовсе не страшен, а забавен и жалок. Но если Недда изменит мне на самом деле, не жди пощады. И в такую игру лучше не играть! Понятно?
- Я в смятении, - в сторону произносит Недда.
- Тебя так это взволновало? - обращается крестьянин к Канио.
- Меня? Вам показалось! Простите! - отвечает тот. - Моя жена обожает меня!
Канио подходит к Недде и целует ее в лоб.
В это время к церкви направляется процессия. Пора отслужить молебен в честь праздника Успения. С песнями крестьяне направляются в церковь. А Канио, перекрикивая их, напоминает, чтобы все не забыли придти на представление в 23 часа.
Радостный народ, услышав звон колоколов и увидав свадебное шествие, направляющееся к собору, исполняет хор "Дин-дон - колокольный звон". Канио снимает наряд Паяца, улыбается Недде на прощанье и уходит с крестьянами хлестать граппу. Недда остается одна. Она грустно смотрит вслед удаляющейся процессии.
- Нет счастья в жизни! Нет больше сил терпеть его гнев и ревность. Туда не ходи, сюда ходи. А что будет, если он всё узнает?... Довольно! Хватит! Как же хороша середина августа. Я хочу жить полной жизнью!
Недда смотрит в небо.
- Как прекрасно! Стая вольных птиц в солнечном небе, о чём поёте вы? О счастье, о любви, о воле?... Вот бы и мне с вами петь... Отчего люди не летают, как птицы? - задается женщина вечным вопросом. - Когда б, крылья, расправив, взлететь и мне бы, вдохнуть свободно синевы глоток. Гром, молния, ветер - все вам, птицы, нипочем. Вы все летите и летите ввысь! [восслушать]
Во время этих душевных излияний Недды Тонио стоял неподалеку и с благоговением слушал песенку. Допев, женщина вновь вернулась с небес на грешную землю и заметила Тонио.
- Это ты? Что тебе надо?
- Я слушал, как ты пела, и наслаждался, - с нежностью отвечает тот.
- Как поэтично! - иронизирует женщина.
- Не смейся, Недда!
- Иди ты... в остерию.
- Да я уродлив, унижен судьбою, - говорит Тонио, - разве виновен я в этом? Но сердце-то у меня живое. Мне плевать на издевки и смех толпы - я свыкся с этим. Но вот увидел я тебя, Недда, и в сердце проснулась любовь! Если есть, красавица, в тебе хоть искра состраданья, то постой, не уходи!
- Ты меня любишь? Ха-ха-ха!
- Не смейся, Недда. Я жил тобой; одно лишь чувство и мысль упорная одна владела мной!... Дай мне хоть миг один побыть с тобою...
- Да пошел ты, урод кривой!
- Недда! Не надо так со мной разговаривать, - злобно говорит Тонио.
- Урод!
Разозленный Тонио надвигается на Недду и пытается ее обнять.
- Тобой я овладею! Моей, моею будешь!
Но женщина вовремя заметила плетку, которую оставил Беппо, и со всего маху хлестнула ею урода:
- Ничтожество! Гнусная тварь!
- А-а-а-а! Стерва! Ну, запомни, клянусь Пресвятой Богородицей, ты заплатишь!
Тонио, потирая ушибленное место, уходит прочь.
- Гадина. Теперь я знаю твою подлую душу. Под притворной маской отравленное жало ты прячешь, - грозит ему вслед Недда.
Как только Тонио скрылся за угол, с другой стороны появляется Сильвио. Начинается довольно длинный, но не лишенный нежности дуэт.
- Недда!
- Сильвио! Ты что, очумел? Зачем ты сейчас явился?
- Да, ладно тебе. Канио и Беппо в таверне. Нас никто не увидит.
- Здесь Тонио шастает.
- Тонио, - смеется парень, - этот горбун?
- Горбун-то он горбун, но я его боюсь. Сейчас он мне в любви тут признавался и грязно приставал.
- О, черт! Собака! Я ему все кости переломаю. Пусть только попробует сунуться.
- Он отведал моей плетки и поклялся отмстить. Если он нас застанет... Ой, я боюсь.
- Ради чего ты терпишь весь этот ад? Недда, Недда... Неужели предел твоих мечтаний - эта грязная повозка? Неужто ты мечтала смешить толпу? Не верю! Опомнись. Недда, ты хочешь всю жизнь провести без любви?
- Ах, Сильвио!
- Недда, не лги себе. Только со мною ты счастливой станешь. Бежим вместе сегодня же ночью.
- Сильвио, не трави мне душу. Я тебя люблю, но не могу уйти. Мое сердце разрывается на части.
- Бежим со мною! Мы будем счастливы. Мы скроемся, и никто нас не найдет. Решайся!
- Как ты не понимаешь, не могу я убежать с тобой. Хочу, но не могу. Я стольким обязана мужу. Не могу. (И так далее).
В глубине сцены появляется Тонио. Он видит любовников и злорадно говорит: "Попалась, sgualdrina!", а потом снова исчезает.
Ни Сильвио, ни Недда не замечают его. Парень продолжает страстно уговаривать любимую бежать с ним. Он так настойчив, его аргументы настолько весомы, что Недда сдается.
- Целуй, целуй меня, Сильвио! - шепчет истосковавшаяся по ласке женщина.
- Люблю тебя! Будь моей! - отвечает ей любовник.
Пока влюбленные безмятежно предаются страсти нежной, Тонио успел добежать до таверны и привести на "место преступления" уже изрядно заложившего за воротник Канио. Обращаясь к патрону, Тонио шепчет:
- Тихонько подходите - и застанете их врасплох!
Канио осторожно выглядывает из-за угла и видит свою дорогую супружницу в объятьях другого. Он прислушивается и слышит, как наглец уговаривает Недду бежать с ним. А та, в свою очередь, отвечает:
- A stanotte e per sempre tua sarò (С этой ночи и навсегда твоею буду).
- А-а-а-а! - как раненый зверь, орет Канио.
- Беги! - в ужасе кричит Недда любовнику.
Сильво очертя голову бежит прочь. Канио за ним.
- Господи! - Недда в ужасе осеняет себя крестом.
Тонио, довольный совершенной пакостью, хохочет!
- Bravo! Bravo il mio Tonio! - говорит Недда.
- К вашим услугам, - цинично отвечает коварный злодей.
- В тебе не сомневалась.
- Я всегда вам служил верой и правдой.
- Как ты жалок, доносчик!
- О, ты не знаешь, как я счастлив.
Возвращается Канио, красный, как рак, от погони и гнева. Он не сумел догнать проворного юнца.
- Негодяй! Убежал... Скрылся! Но я всё равно его найду, будь я проклят! - кричит обманутый муж. - Как его имя?!
- Чье? - храбрится Недда.
- Ах ты, дрянь! - Канио достает стилет. - Если сейчас же не скажешь мне его имя, умоешься кровавыми слезами! Говори!
- Давай, убей меня, изверг! Ничего тебе не скажу.
- Il nome, il nome, говори, женщина! - ревет Канио.
- Никогда!
- Ради Мадонны, скажи! - муж кидается на Недду с ножом.
На эти крики прибегает Беппо.
- О Боже! Дайте нож. Очнитесь. Народ вышел из церкви. Пора начинать спектакль. Идемте, успокойтесь!
- Оставь меня, Беппо! - не унимается Канио. - Il nome! il nome!
- Тонио, держи его, - просит помощи Беппо.
- Il nome! - страшным голосом орет Канио.
Тонио подходит к нему, отнимает нож и удерживает обезумевшего мужчину от рукопашной схватки. Беппо направляется к Недде с тем, чтобы увести ее:
- Идите, одевайтесь, я прошу вас... Не бойтесь, Канио только вспыльчив, но добр.
- Infamia! Infamia! - рыдает Канио.
- Тише, успокойтесь, синьор, - коварно шепчет Тонио. - Немного хитрости - и он у нас в руках. Мы его выследим.
Канио безнадежно опускает руки, а коварный змий продолжает:
- Выйдем на сцену: каждый сыграет свою роль. Этот юнец наверняка придет посмотреть спектакль. Я буду следить за ним. Он не уйдёт от нас. Мы отомстим.
- Все готово. Пора одеваться, хозяин, - говорит вновь появившийся Беппо. - И ты тоже поторапливайся, Тонио!
Беппо и Тонио уходят. Канио остается один и поет вою знаменитую арию "Recitar!... Vesti la giubba"- Играть! Что-то делать, что-то говорить когда, точно в бреду я, ни слов, ни поступков своих не понимаю. И всё же show, как говорится, must go on! Что ж, ты разве человек? Нет, ты паяц!... Ты наряжайся, и лицо мажь мукою. Паяцу платят - потехи ждёт толпа. Вновь Арлекин смеётся над тобою... Мести ты жаждешь, но смех - твоя судьба. Душа паяца обливается кровью, но должен петь и кривляться лицедей. Ах, смейся, паяц, над разбитой любовью, смейся же, смейся над долей своей.
Канио, рыдая, бредет к выходу на сцену.
Конец первого действия.
Между первым и вторым действиями звучит интермеццо.

Действие второе

Перед закрытым занавесом на сцене балагана появляется Беппо, играющий на трубе. За ним следует Тонио и бьёт в барабан. Площадь заполняется народом, ожидающим представления.
- Ohè! Ohè!... Presto! Presto! - в нетерпении кричат зрители. - Начинайте!
- Гоните монеты! - перекрикивает толпу Тонио. - И рассаживайтесь по местам.
- Лучше начинайте! - не унимается народ.
Тонио продолжает деловито рассаживать вновь прибывших. Среди зрителей появляется Сильвио. Он пожимает руки своим приятелям, приветствуя их. А народ, жаждущий зрелищ, не унимается:
- Быстрее начинайте! Хватит тянуть резину!
Из-за занавеса показывается Недда, одетая в костюм Коломбины. Она помогает Беппо собирать плату за билеты. Проходя рядом с Сильвио, женщина говорит ему:
- Осторожней, тебя могут увидеть.
- Я буду ждать тебя.
Недда оставляет его одного и продолжает собирать плату с людей, которые никак не могут угомониться; им уже давно хочется зрелища. Наконец, Беппо объявляет, что все готово. Звучит продолжительный и сильный звон колокольчика, и народ умолкает.

Сцена II.
Комедия.

Поднимается занавес, открывая зрителям комнатку с двумя дверьми и окном. В комнате стол и два стула.
Недда, одетая Коломбиной, то подойдёт к двери, то выглянет в окно, то вновь сядет за стол:
- Мой муж Паяц придет сегодня поздно. А Таддео, слуга, пошел на рынок и все еще не вернулся.
На улице слышатся звуки мандолины. Счастливая Коломбина отворяет окно: "Ах!". Звучит песенка влюбленного Арлекина: "O Colombina, il tenero fido Arlecchin".- О, Коломбина, ждёт тебя верный Арлекин; я совсем рядом! Я мечтаю назвать тебя супругой и целовать без устали. О, жажду Коломбину видеть я опять, и вновь обнять. Ах, эта сказка любви и ласки. За эти глазки всё готов отдать! О, приди ко мне, Коломбина, тебе поет бедный Арлекин!
Коломбина выглядывает в окно:
- Батюшки, да это ж Арлекин меня ждет! Но пусть он ждет, пока мы кончим ужин…
В это время открывается дверь и в домик входит Таддео, вернувшийся с рынка. У него в корзине курица. Таддео страстно влюблен в Коломбину.
- О, как она красива! - с комической аффектацией вздыхает шут. (Публика хохочет). - В любви признаюсь ей, пока мужа нет. Как же мне отважиться? Она ведь не подозревает ни о чем. Но я ей докажу любовь свою. А-а-а-а-ах! (Снова смех).
- Это ты, животное? - замечает его Коломбина.
- Так и есть, я.
- Паяц ушел?
- Ушел!
- Ну, что ты медлишь там? Курицу принес?
- Вот она, - Таддео вынимает цыпленка из корзинки, - две ноги, два крылышка. И тут же я... рядом с нею от страсти млею. Пред тобою мы оба, и кто милее, кто нежней, - выбирай. Мы у ног твоих. Решай!
Коломбина тем временем подходит к окну и подает знак Арлекину.
- Сколько ты за нее заплатил? - спрашивает она у слуги.
- Рубль пятьдесят. Ах, мое сердце поет от любви! Il mio core...
- Ты не слушаешь меня, Таддео! - гневается Коломбина.
- О, ты святая! - Не унимается Таддео. - Мужу верна до гроба. Но мы же оба знаем, всё знаем… для Арлекина я был отвергнут… Как непорочна Коломбина, как невинна...
Появляется Арлекин. Видя, что Таддео признается в любви его дорогой Коломбине, он со всего маху дает ему пинок под зад:
- Иди-ка, погуляй! (Публика хохочет).
Таддео становится перед влюбленными и как священник провозглашает: "Бог в помощь. Я стою на страже!", а затем уходит за кулисы (Зрители, смеясь, аплодируют). Коломбина начинает диалог:
- Арлекин!
- Коломбина! - отвечает ей клоун. - Скрепим нашу любовь поцелуем!
- Не торопись, надо подкрепиться!
Коломбина, накрывая стол, ставит две тарелки, два прибора. Арлекин достает бутылку.
Вместе они поют очаровательный дуэтик о том, как любят друг друга, и что за это стоит выпить. Они чокаются и начинают петь сначала. Затем Арлекин достает из кармана какой-то флакончик с жидкостью.
- Я для нас кое-что припас. Видишь questo narcotico? Дай глоток Паяцу - он тотчас заснёт.
- Здорово! Так и сделаю! - отвечает Коломбина.
Вдруг распахивается дверь и в комнату, весь дрожа от страха, вбегает Таддео.
- Спасайтесь! Паяц вернулся! Он все знает! - Таддео снова удаляется.
- Беги, - кричит Арлекину Коломбина.
- Выплесни мою кружку, - на ходу выкрикивает Арлекин и прыгает в окно.
У противоположной двери появляется Канио в костюме Паяца. Он слышит, как Коломбина говорит убегающему Арлекину:
- A stanotte... E per sempre io sarò tua!
Канио, прижимая руку к сердцу:
- О, Господи, те же самые слова! Ну же, смелее!
Он открывает дверь и входит в комнату со словами:
- Кто здесь был с тобою?
- Здесь со мной? - притворно удивляется Коломбина, - ты пьян?
- Пьян! И изрядно! - Канио еле сдерживает гнев.
- Быстро ты вернулся, однако.
- Вовремя, милая моя женушка? - Канио готов придушить жену, но силой воли заставляет себя продолжать комедию. - Ах! Какая у меня верная жена. Вот ужин приготовлен... Стол накрыт на двоих.
- Сидела я здесь с Таддео, он там дрожит от страха.
Недда открывает дверь и кричит слуге:
- Эй, ты, говори, так было дело?
- Признаюсь, признаюсь, - комически дрожа, подтверждает Таддео. - Жена твоя чиста, разве могут лгать такие губки. (Публика заходится в очередном приступе смеха).
- Замолчите! Довольно! - кричит в зал Канио, затем вновь обращается к жене. - Я знать хочу, я требую ответа. ИМЯ!!!
- Чье? - спрашивает Недда, похолодев от страха, но продолжая улыбаться.
- Имя твоего любовника!!! - кричит Канио. - Того гнусного типа, что тебя целовал!
- Pagliaccio! Pagliaccio! - шутливо говорит Недда, пытаясь вернуть Канио в рамки нехитрой пьесы. Но... - куда там! поздно. Тот взбешён не на шутку.
- Нет! Я не Паяц! (No! Pagliaccio non son) - Канио срывает с себя клоунский колпак. - Лицо мое бело не от грима, а от позора и жажды мести! Да, для всех я Паяц, но для тебя я муж! Я тебя подобрал на дороге, отмыл, отчистил так чисто, и чем ты мне отплатила?! Все что у тебя есть, дал тебе я...
Канио, закрыв лицо руками, обессиленный, падает на колени. Потрясенная глубиной его чувств публика вздыхает:
- Слезы настоящие! Какая правдивая сцена!... Тише, тише! Что будет дальше?
- Это не игра. Всерьез он... - со своего места произносит ошарашенный Сильвио.
Канио понемногу начинает приходить в себя:
- Была в жизни моей ты последней надеждой, звездой моих осенних дней. Тебе отдал я боль мою, и страсть и нежность... Но ты своей изменой отравила счастье любви, разбила мне сердце и жизнь мою сломала.
- Bravo! - аплодирует публика.
- Если тебе недостаточно того, что ты меня осудил, - говорит Недда серьезно и холодно, - прогони меня сейчас же.
- А-а-а-а-а! - ревет Канио, - ты только этого и ждешь, чтобы бежать к своему любовнику! Как его имя?!
Зрители в напряжении приподнимаются со своих мест. Недда пытается возобновить комедию:
- Как ужасно, что ты мне не веришь, но ведь нет же никакой трагедии.
Она открывает дверь, за которой скрылся Таддео, и, указывая на слугу, говорит мужу:
- Спроси у него, и он скажет, что ко мне близко никто не подходил. Вот только рядышком гулял безвредный Арлекин.
Публика начинает вновь смеяться и аплодировать, но останавливается, видя зверское лицо Канио.
- Ах, тебе смешно! Сейчас мы вместе посмеёмся! Имя или жизнь твоя. ИМЯ!!!
- Все! Хватит! - кричит Недда, срывая с себя наряд Коломбины. - Я больше не могу. Да! Люблю я другого, и он не такой подлец, как ты.
Публика в ужасе:
- Да это уже не комедия, это все взаправду.
Сильвио:
- Мне страшно!... Страшно! Нет, нет, я не выдержу!
Беппо, появляясь из-за кулисы:
- Тонио, их надо остановить.
- Замолчи, дурак! - огрызается тот.
Недда продолжает, обращаясь к мужу:
- От твоего гнева, моя любовь только сильней! Нет, я ничего тебе не скажу даже ценою смерти!
- Il nome! il nome! - Канио хватает со стола нож.
- No!
Недда устремляется в зрительный зал к Сильвио; Канио - за ней.
- Боже, у него кинжал! - кричит Беппо.
Канио настигает жену и вонзает в нее нож.
- Помоги! Сильвио! - в предсмертной агонии зовет Недда.
- Недда! - Сильвио кидается к любимой.
- А, вот и ты!... Явился! - Канио вонзает нож и в него.
- Арестуйте его! - кричит толпа, устремляясь к убийце.
Канио опускает руки, роняет кинжал и произносит:
- La commedia e finita!

Занавес.

PS. В первоначальном варианте последняя фраза предназначалась Тонио. Но впоследствии ее стал произносить Канио. Сегодня на сценах можно услышать как тот, так и другой варианты.

Призрачная справка:

Нешуточный успех "Сельской чести" вдохновил издателя Сондзоньо на поиски иных опер с не меньшим эмоциональным накалом; таким образом, когда Леонкавалло предложил либретто, речь в котором шла о любви и ревности в бродячей театральной труппе, издатель не сомневался, что эту оперу ждёт успех.
Поначалу, следуя примеру Масканьи, Леонкавалло старался сделать одноактную оперу - но, помимо бòльших размеров партитуры, к разделению оперы на два действия его склонило и соображение драматургического характера, как бы разделяющее "реальную жизнь" и собственно "комедию" бродячего театрика.
Триумфальному успеху "Паяцев" способствовал и экстраординарный состав исполнителей: Виктор Морель (вердиевский Яго и будущий Фальстаф) в роли Тонио, также исполнявший Пролог - который композитор дописал специально для него; в роли Недды выступила Аделина Штеле, Канио пел Фиорелло Жиро, а дирижировал молодой Артуро Тосканини.
Скоро опера завоевала такую международную известность, что была поставлена буквально в каждой стране; переведена на все европейские языки, включая шведский и сербо-хорватский (и даже на идиш для постановки в Тель-Авиве в 1924 году). Роль Канио стала прерогативой выдающихся певцов - от Карузо и Де Лючиа до героев сцены наших дней.

Любопытно, что сразу два автора - творец непризнанной "La femme du tabarin" (1887) Катулл Мендес и Тамахо И Баус ("Un drama nuevo") решили обвинить Леонкавалло в плагиате. Тогда в газете Le Figaro от 9 июня 1899 года Леонкавалло рассказал, что в основу его либретто легла реальная история, произошедшая в калабрийской деревне Монтальто - и его отец, Винченцо Леонкавалло, выносил приговор по этому делу, будучи окружным судьей в Козенце, что легко подтверждалось документально.
Сама идея "театра в театре" тоже была далеко не нова - но новаторство Леонкавалло заключалось в том, что он как бы поставил знак равенства между реальной жизнью и сценой: ведь "Комедия" почти буквально повторяет перипетии реальной жизни.
Первоначально фраза "La commedia è finita" предназначалась Тонио, как бы замыкая арку с прологом ("incominciate!"), но с тех пор, как Карузо в роли Канио решил исполнять эту фразу сам, её большей частью исполняют теноры, хотя бывают и "аутентичные" исключения.
Первое исполнение этой оперы в России состоялось в Москве в 1892 году, в Русском оперном товариществе Прянишникова под управлением Иосифа Прибика.

"Румика мебель Екатеринбург" - Интернет-магазин, который предлагает самую качественную мебель в Екатеринбурге. Наша мебель - современная, функциональная, надежная, качественная, для всех помещений. С ней вы идеально обставите свою кухню и всегда все необходимое будет у вас под рукой, с ней ваш ребенок полюбит свою детскую комнату, а гости будут восхищаться вашей заново меблированной гостиной - вся мебель для вашего дома!

Публикация: 4-04-2010
Просмотров: 5182
Категория: Наш ликбез
Комментарии: 0

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.