ГЛАВНАЯ ОБМЕН БАННЕРАМИ ССЫЛКИ ССЫЛКИ НА МУЗЫКАЛЬНЫЕ САЙТЫ О ПРОЕКТЕ

Джузеппе Верди. Дон Карло(с)

Джузеппе Верди. Дон Карло(с)Опера в 5 действиях;
Либретто Ж.Мери и К. дю Локля по драме Ф.Шиллера

Первая постановка: 11 марта 1867 года, Париж.

Действующие лица:
Филипп II, король Испании (бас)
Дон Карлос, инфант испанский (тенор)
Родриго, маркиз ди Поза (баритон)
Великий инквизитор (бас)
Монах (император Карл V) (бас-баритон)
Елизавета Валуа (сопрано)
Принцесса Эболи (меццо-сопрано)
Тибо, паж Елизаветы (сопрано)
Граф Лерма (тенор)
Голос с неба (сопрано)

I действие.
Лес в Фонтенбло

Елизавета Валуа, юная французская принцесса, вместе со свитой, выехала на прогулку (или на охоту) в лес. А в это время в этом же лесу пасется испанский инфант Дон Карлос. Он приехал во Францию инкогнито, чтобы увидеть Елизавету, свою невесту, с которой никогда прежде не встречался (хотя они были обручены с детских лет). Карлос покорен красотой и благородством Елизаветы, и его чувства озвучены романсом Io la vidi e al suo sorriso (если исполняется 4-актный вариант оперы, то этот романс звучит в начале первой картины, в монастыре). Между тем смеркается, и Карлос, блуждая по лесу, видит Елизавету и ее пажа Тибо, которые заблудились. Карлос предлагает свою помощь, но не называет себя. Для Елизаветы он - гранд из свиты испанского посла. И вот, пока Тибо отправляется искать дорогу к замку, Карлос воркует с Елизаветой. Он разжигает костер, замечая при этом, что огонь означает - di vittoria… o d'amor (победу или любовь!). Елизавета неспокойна. Этот юноша тревожит ее, он пробудил в ней любовь. Карлос протягивает ей медальон: "Это - портрет Вашего жениха". Принцесса в смятении. Она бросает взгляд на портрет, затем на испанского гранда - ах! Инфант падает к ее ногам: Carlo son io… si, t'amo! Звучит восторженный дуэт.

Возвращается Тибо. Ликуя, он сообщает важную новость: руки французской принцессы просит сам испанский король, Филипп Второй! Отныне она - королева Испании. "Нет! - в ужасе вскрикивает Елизавета. - Я ведь невеста Карлоса!" Появляются послы. Граф Лерма торжественно вопрошает: "Согласна ли Елизавета стать женой могущественного короля? Этим браком будет положен конец долгой вражде между Францией и Испанией". Придворные дамы падают на колени перед принцессой, простирая руки: "Pieta, принцесса, мы жаждем мира!" Повисает пауза. Замирающим голосом Елизавета отвечает "Да!". Карлос в отчаяньи.

II действие.
1 картина: Монастырь Святого Юста.

В этом монастыре Дон Карлос ожидает прихода своего единственного друга Родриго, мальтийского рыцаря. А пока тот не пришел, Карлос вынужден слушать заунывный рассказ загадочного монаха о том, как император Карл V (отец Филиппа II и, стало быть, дед Карлоса) был всесильным монархом, а стал прахом и тленом, и о бренности всего сущего. Слушает-слушает Карлос этого монаха и горюет о своей прекрасной Елизавете. Теперь Карлос вынужден соблюдать этикет и относиться к Елизавете как к мачехе, отчего ему, естественно, очень плохо. А монах его "утешает": сердце успокоится только на небесах. И в этом монахе Карлосу видится образ Карла Пятого. То ли глюки у него, то ли и правда призрак бродит по Европе… "O terror!" - в смысле: "Ужас-то какой!" - все, что может сказать несчастный юноша.

Тут приходит Родриго. У него свои проблемы: он весь в возвышенных патриотических мыслях надеется, что Карлос возглавит революцию в Нидерландах. Но Карлосу не до того: он бледнеет, отводит взор, слезы наворачиваются ему на глаза, и, в конце концов, он вынужден признаться, что влюблен в королеву. "В мачеху! - Родриго в ужасе. - О небо!". Он уговаривает Карлоса преодолеть себя, забыть преступную любовь и просить отца отправиться наместником во Фландрию - там, среди угнетенных, он станет настоящим королем. Карлос и Родриго поют сногсшибательной красоты дуэт в терцию, мелодия которого на протяжении всей оперы будет лейтмотивом. Они клянутся посвятить жизнь борьбе за свободу. А тем временем мимо них проходит торжественная процессия: Филипп и Елизавета со свитой идут молиться у гробницы Карла Пятого. Карлос при виде Елизаветы трепещет. Родриго железной рукой его удерживает: "Со мной ты обретешь силу".

2 картина: Двор возле монастыря.

В этом дворе придворные дамы, в ожидании Елизаветы и Филиппа изнемогают от жары и скуки. Принцесса Эболи просит подать ей мандолину и развлекает всех веселой "сарацинской" песенкой Nei giardin del bello - про шаха, который, прогуливаясь в саду, влюбился в собственную жену, не узнав ее под вуалью (короче, финал моцартовской "Свадьбы Фигаро"). Паж Тибо ей подпевает. Входит королева. Она грустна, что естественно. Эболи пытается догадаться о причине этой грусти. Тут граф Лерма возвещает, что пришел Il marchese di Posa, Grande di Spagna. Родриго принес королеве письмо из Франции, а в это письмо тайком сунул записку от Карлоса: "Во имя неба и нашей любви, внемлите тому, что скажет Вам этот человек". Пока королева читает письмо, "этот человек" галантно флиртует с Эболи, пересказывая ей свежие парижские сплетни и делая комплименты ее несравненной красоте (надо заметить, что Эболи в результате несчастного случая потеряла глаз. И в некоторых постановках (например, в Метрополитен-Опера в 1982 году с Грейс Бамбри) Эболи красуется на сцене с "пиратской" повязкой на глазу).

Королева прочла письмо и готова выслушать Родриго, говорит, что его ждет ее благосклонность. "Мне - не надо. А вот Карлосу…". И Родриго поет романс: Carlo, ch'e sol il nostro amore, в котором говорит, что Карлоса гложет тайная скорбь, и только королева может его спасти. Эболи подозревает, что эта тайная скорбь - не что иное, как любовь, но бедняжка заблуждается, думая, что Карлос любит ее, Эболи. Родриго вежливо, но твердо уводит любопытную принцессу и других придворных дам, чтобы оставить Елизавету наедине с Карлосом - "во все время разговора тот стоял позадь забора" и ждал, пока все уйдут.
Следует большой дуэт. Страсти накаляются. Сначала Карлос довольно спокойно просит королеву, чтобы та ходатайствовала за него перед Филиппом - ему душно при дворе, он хочет во Фландрию. Королева обращается к нему: "Mio figlio!" ("Мой сын!"). - "Какой я Вам figlio! Зовите меня, как прежде!" - восклицает Карлос. Королева говорит, что скажет королю о желании инфанта и тот может отправляться в Нидерланды хоть завтра. Она уже хочет уйти. "Как, и это все?!! - кричит Карлос. - В Вас, значит, совсем нет жалости, Вы ни слезы надо мной не прольете" - и все в том же духе. Елизавета отвечает, что ее благородное молчание не следует принимать за черствость, но "я другому отдана и буду век ему верна". Карлос со страстью признается в любви до гроба и падает без чувств (слабонервный был мальчик, да к тому же, согласно историческим свидетельствам, страдал падучей болезнью). Елизавета льет слезы и вынуждена сказать, что по-прежнему его любит. Тогда Карлос восклицает: "Гори все синим пламенем!" и страстно обнимает ее. Елизавета вырывается со словами: "Коли так - убейте своего отца и возьмите в жены свою мать!" Карлос потрясен: Ah, maledetto io son! - и убегает за кулисы попить чайку.

Появляется граф Лерма и провозглашает: "Il Re!". Входит Филипп, свита, гранды (между ними - Родриго), и видят Елизавету - одну-одинешеньку. Злостное нарушение этикета!!! "Perche sola e la Regina? - вопрошает Филипп. - Почему королева одна? Кто дежурная дама?". Выходит графиня д'Аремберг (роль без речей), кланяется. "В отставку! Завтра же вон из Испании!" - заявляет Филипп. Все потрясены его жестокостью. Елизавета плачет и поет аризозо: Non pianger, mia compagna, в котором прощается с наперсницей. После ариозо она уходит, и все остальные за нею, кроме Филиппа. Он замечает в толпе придворных Родриго и говорит ему: "Restate!" ("Штирлиц, а Вас я попрошу остаться!")
Филипп и маркиз остаются вдвоем - и исполняют потрясающий дуэт!!! "Я, - говорит Филипп, - слышал о Ваших подвигах. А почему Вы до сих пор не presso alla mia persona? Я умею вознаграждать верных слуг". Родриго: "Мне незачем искать королевских милостей". Король: "Я люблю гордость, но не всегда ее прощаю. Па-а-ач-чему не у меня на службе?!" Родриго: "Ну, если Испании понадобится моя кровь и шпага, то я, в принципе, всегда пожалуйста…" Король: "Что я могу для Вас сделать?". Родриго, естественно: "Nulla per me! Ma per altri…" ("Для меня - ничего. Но для других…") - и начинает пламенный рассказ о бедствиях Фландрии и Брабанта. Филипп: "Вы заблуждаетесь, эта кровь льется во имя мира! Оглянитесь, как расцвела моя Испания. Такой же мир ждет и фламандцев". "УЖАСНЫЙ МИР!!! МИР СКЛЕПА!" - кричит Родирго (Orrenda, оrrenda pace! La pace e dei sepolcri!). Филипп каменеет. "Неужели Вы хотите, чтобы о Вас сказали - он был Нерон?" - тихо говорит Родриго и гнет свое: дайте свободу! Филипп, наконец, произносит: "Странный мечтатель, Вы перемените мнение, когда будете знать сердца людей так, как их знает Филипп". И далее в полной тишине (оркестр молчит): "Ну, довольно! Вы стояли перед королем и ничего не попросили для себя. Отныне Вы всегда будете при мне" - "Сир, нет! Позвольте мне остаться самим собою!" - "Вы слишком горды!".
Дальше король (уже с аккомпанементом) начинает жаловаться - он такой, вообще-то, несчастный, одинокий, все у него плохо, королева … и его сын… подозрение… "Он благороден и чист!" - восклицает Родриго. "Ах, если бы так! Поговорите с ними, убедите меня в этом, верните покой моим ночам - и, быть может, Ваши мечты станут явью". Родриго ошеломлен - Филипп льет слезы. Кто знает - а вдруг и правда сбудутся его надежды? И тут король говорит ему: БОЙСЯ ВЕЛИКОГО ИНКВИЗИТОРА! (Ti quarda dal Grande Inquisitor!) Родриго опускается на колени и целует королю руку.

III действие.
1 картина. Ночь. Королевский сад.

Тут надобно предуведомление. В начале 2-го действия есть маленький эпизод, который почти всегда купируют. В нем королева отправляется в часовню, а Эболи - в сад, на rendez-vous. И королева отдает ей свой плащ, чтобы бедняжка не замерзла - ночь, холодно, сыро, мало ли что… Отсюда и все несчастья.
Итак, Карлос читает записку: "В полночь, в саду королевы… тайное свиданье…". Вот и полночь. Появляется незнакомка в маске и в плаще королевы. Карлос, естественно, уверен, что именно Елизавета назначила ему свидание, и потому бросается к незнакомке со словами любви. Она отвечает столь же пылко, скидывает маску - Матерь Божья! Эболи! Карлос отшатывается. Принцесса сначала не понимает, почему он так изумлен, думает, что он сомневается в ее любви, и, чтобы убедить его, говорит: "Вам грозит опасность. Ваш приятель маркиз Поза был на приеме у короля, и там что-то слишком часто упоминали о Вас". Карлос вздрагивает: "Родриго у короля! Что за секреты от меня?!" Принцесса: "Я тебя спасу". Карлос: "Ну, милая принцесса, мы оба были в странном сне, давайте же проснемся". Принцесса: "Сон? Qual balen! Qual mister! Вы любите королеву!". Карлос: "Pieta!" (в смысле, пощади).
Тут входит Родриго. Удивительно, как этот человек всегда успевает вовремя! И с места в карьер, обо всем догадавшись, кричит: "Не слушайте его! Он безумен!" Следует удивительно динамичное трио, полное тоски, отчаяния, негодования, страсти, бог знает каких еще романтических чувств. Родриго, обращаясь к Эболи: "Молчи! Никто не должен узнать этой страшной тайны!" Эболи: "Сейчааас!! Не на такую напали!" Родриго: "Трепещи! Ведь я…" Эболи: "…поверенный короля! Ну, так что же? Я знаю твою тайну. А ты не знаешь моей, я - страшный враг, и месть моя будет ужасна". А Карлос тем временем хнычет: "Горе мне! Я произнес имя моей матери! Эболи обо всем знает! Теперь Елизавете не миновать гнева Филиппа. Мы погибли!" и все в этом духе. В конце концов, Эболи говорит: "А я-то преклонялась перед королевой, этой новоявленной святой (santa novella), я боготворила ее и восхищалась ею! Лицемерка!" Тогда Родриго вынимает кинжал и вне себя бросается к Эболи: "Яд из этих проклятых уст еще не излился!" (т.е. "мы тебя не больно зарежем, чик - и ты уже на небесах"). Эболи: "Ну, давай, убей меня, что же ты колеблешься?!" Карлос: "Родриго, стой, угомонись!" Родриго, осененный какой-то новой мыслью, бросает кинжал: "Нет, у меня еще есть надежда, и Бог меня поддержит!". В конце концов, разъяренная принцесса убегает, а Родриго, под тревожное тремоло виолончелей, просит Карлоса отдать ему важные секретные бумаги (естественно, хоть это и не говорится, крамольные - связанные с восстанием во Фландрии и Брабанте). Карлос колеблется: "Тебе? Фавориту короля?". Родриго невесел и головушку повесил: "Ты мне, МНЕ не доверяешь?!!!" Ну, конечно, Карлос расклеился, отдал ему эти несчастные бумаги и уверил в своей пламенной дружбе (тут, естественно, в оркестре проходит тема дуэта из 1-го действия).

2 картина - Площадь перед собором Аточской Богоматери в Вальядолиде.

Народ собирается, чтобы поглядеть на аудодафе (популярное развлечение тех времен, заменявшее культпоход в кинотеатр или цирк). Все славят Бога, короля и Испанию. Шествуют мрачные монахи. Они тоже угрюмо славят Бога, беспощадного к еретикам. "Слава королю!" - кричит народ. Ведут осужденных еретиков. Потом шествие грандов (Родриго, конечно, тут как тут), придворных, дам и проч. Выходит королева. Граф Лерма провозглашает: "Откройтесь, двери храма!" Выходит Филипп при полном параде и говорит, что всегда готов защищать свой народ огнем и мечом. "Слава Филиппу!"
Тут появляется Карлос, и с ним шесть депутатов-фламандцев. Они простираются ниц перед королём. "Что он задумал?" - бросает реплику Родриго. "Кто эти люди?" - спрашивает Филипп. "Это посланцы Брабанта и Фландрии припадают к стопам Короля!" - отвечает Карлос.
Фламандцы начинают плакать о том, как им плохо, страна разорена, все голодают, солдаты герцога Альбы бесчинствуют и т.п. - Pieta, во имя Бога!
- "Вы неверны Богу, вы неверны своему королю! Эти фламандцы - мятежники! Гвардия! Гвардия! Уберите их прочь от меня!" - восклицает Филипп. Но сначала дамы, потом гранды, а потом и весь народ падают на колени и умоляют о милости. Филипп непреклонен. Тогда Карлос во всю силу легких кричит: "Сир! Чтобы создать престолу достойного наследника - дайте мне Брабант и Фландрию!" - "Безумец! Тебе вручить власть, чтобы ты поднял против меня мятеж?!!" - "Ах так? Фламандцы, я ваш защитник!!" - и Карлос обнажает шпагу. Филипп в ярости: "Обезоружить! Гвардия! Гранды, поддержите мой трон!" - Но все пребывают в каком-то ступоре, никто не трогается с места. Филипп: "Ma che? Nessuno?" - типа, никто вообще!? Карлос: "Ну?!!!" Филипп: "О-БЕ-ЗО-РУ-ЖИТЬ ЕГО!!!" - и сам выхватывает шпагу и бросается на сына. Ужас какой-то... Тут вперед выступает Родриго и протягивает руку к принцу: "A me il ferro!!!" ("Оружие - мне!") Карлос парализован: "Ты, Родриго?" - и безвольно отдает ему шпагу. Родриго вручает ее королю. "Жалую Вас титулом герцога, - величественно произносит король. - А теперь все идем смотреть аутодафе!" Стража уводит Карлоса в тюрьму. Под еретиками разжигают костры - но праздник портит нежнейший Голос, невесть откуда взявшийся (по либретто - так прямо "с небес"), который говорит о небесном воздаянии всем невинно убиенным.

IV действие.
1 картина. Ночь. Кабинет Филиппа.

Филипп ночью, в одиночестве, поет свою знаменитейшую сцену и арию: Ella giammai m'amo[ ]. Всё не просто плохо, а очень плохо. Сын - мятежник. Королева Филиппа, похоже, совсем не любит. Да и никогда не любила; изменяет, наверное. Но доказательств-то нет... Вот, он скоро обрящет вечный сон под сводами Эскуриала, а тут всякие гадости… О, если бы королевский сан давал власть читать в людских сердцах! - Фиг дождёшься… Свечи догорели. Светает. А королю так и не удалось забыться сном.
Вечнo суетящийся под ногами граф Лерма объявляет: "Il Grande Inquisitor!" Входит Великий Инквизитор. Это слепой 90-летний старик. Следует грандиозный дуэт-поединок двух басов. Филипп говорит, что Карлос - мятежник, и спрашивает у Инквизитора совета, что с ним делать: "Пусть умрет - или станет изгнанником…" Инквизитор, разумеется, говорит, что инфанта надо казнить - ради спокойствия империи. "Но ведь это мой сын!" - восклицает Филипп. "Для спасения человечества и Бог отдал на распятие собственного сына!" - отвечает Инквизитор. "Sta ben; ладно..." - мрачно заключает король. "Король больше ничего не хочет мне сказать?" - спрашивает Инквизитор. - "Нет." - "Ну, тогда я скажу! У Вас, сир, есть более страшный враг, чем Карлос. Это - демон, исчадие ада, расшатывающий Ваш трон, подрывающий все устои. Карлос - просто пешка в руках этого ужасного злодея. И я, инквизитор, ничего не могу с ним поделать, потому что Вы укрываете его от нас, это Ваш конфидент и друг". - "Но что же мне делать, я так долго искал ЧЕЛОВЕКА, благородное сердце - и наконец нашел!" - "Почему ЧЕЛОВЕК? На что королю человек? Для него все люди - цифры!" - "Заткнись, монах!" Тут инквизитор мурлычет ласково: "Мы - твое прибежище. Ты слаб. Мы поддержим тебя. Вернись к нам. В лоно церкви. Мы утешим. Только отдай нам синьора ди Позу!" "НИКОГДА!" - в бешенстве кричит Филипп. "Ну, так вот, сир. Как я стою сегодня тут перед Вами - завтра Вы могли бы стоять перед нами al tribunal supremo (на высшем суде инквизиции)". - "Отец, я долго терпел твою преступную гордыню!" Инквизитор тоже вне себя: "Зачем вызвал ты тень Самуила? Я двух королей возвел на престол (что твой колобок: и от дедушки ушёл, и от бабушки ушёл...), и вот теперь вижу, как дело всей моей жизни рушит безумец! Чего тебе надо? Чего хочет от меня король?". Филипп испуган и заискивающе просит прощения: "Mio padre, la pace…" (мир, ладно?) - "La pace? - холодно переспрашивает Инквизитор, уходя. - Посмотрим!" Филипп подавлен и понимает, что вынужден смирить свою гордость (с инквизицией шутки плохи!)
Тут вбегает королева с криком: "Justice!" (типа, правосудия требует). - Кто-то украл ее шкатулку с драгоценностями и письмами - неведомый тайный враг и недоброжелатель; и вот она требует защиты у короля. "Вот эта самая шкатулка?" - спрашивает Филипп, указывая на шкатулку, стоящую у него на столе. Королева поражена. "Будьте любезны, откройте", - говорит Филипп. Королева: "О, небо!" Филипп, демонстрируя неведомые ранее навыки, ловко взламывает шкатулку - и обнаруживает там, среди всякого барахла, медальон с портретом Карлоса (см. сцену в Фонтенбло).
Елизавета с достоинством напоминает Филиппу, что когда-то была обручена с инфантом, и вообще как он может сомневаться в чести королевы? Филипп все равно бесится. Королева: "Мне вас жаль!" - "АХ! ЖАЛОСТЬ РАЗВРАТНИЦЫ!!!". Елизавета падает без чувств. "Помогите королеве!" - в ужасе кричит Филипп. Прибегают Эболи и Родриго. Эболи начинает ломать руки и терзаться угрызениями совести (это она, конечно, подсунула шкатулку Филиппу), а Родриго упрекает короля: "Сир, Вы владеете миром, неужели не в состоянии владеть собой?"

Далее - квартет. Филипп проклинает себя, вся и всех. Эболи продолжает самоугрызаться. Родриго понимает, что настал решающий момент для того, что он задумал ("Что для Испании гибель одного человека, если ее ждет светлое будущее?"). Королева приходит в себя, плачет и жалуется, что она чужая в этой стране. Потом Филипп уходит, и Родриго за ним. Эболи с воплем "Pieta!" бросается к ногам королевы и признается, что это она украла шкатулку, чтобы очернить королеву, потому что она влюблена в Карлоса и умирает от ревности. Королева великодушно: "Вы любите его? Встаньте же!" Эболи: "Нет, еще одно признание". - "Ancor!" В общем, Эболи признается, что была любовницей Филиппа. Долгая пауза. Королева горько: "Отдайте мне орденский крест и вон из дворца - монастырь или вечное изгнание, на выбор" - и уходит. Эболи лежит ниц, потом вскакивает и поет свою знаменитую арию: "O don fatale!" В ней она сначала проклинает свою красоту, потом с нежностью думает о королеве, а затем вспоминает, что Карлоса должны казнить и решает его спасти.

2 картина - Тюрьма Дон Карлоса.

В следственный изолятор приходит Родриго. Карлос - нежно, но с оттенком горечи: "Ах, Родриго, как это любезно с твоей стороны навестить Карлоса в темнице". - "Mio Carlo!" - "Ты ведь знаешь, что любовь к Изабелле (т.е. к Елизавете) меня погубила, я конченый человек, но ты - ты можешь еще спастись, не медли". - "Как же ты плохо меня знаешь! Скоро ты выйдешь из этой ужасной темницы. А я…" Родриго поет прощальное ариозо. Это его счастливейший день. Они больше никогда не увидятся - только на небесах, где Бог вознаградит их за дружбу и верность. У Карлоса слезы на глазах? Почему? Нет, будь мужественным. Последний вздох радостен для того, кто умирает за тебя. "Что ты тут говоришь о смерти?" - вздрагивает Карлос. Родриго: "Слушай, время не терпит. В общем, я отвел от тебя удар. Я - главный мятежник. Король будет мстить не тебе, а мне!" - "Безумец, кто поверит?" - "А я подстроил так, что у меня нашли твои бумаги - помнишь, те самые, с планами заговора? Так что тысяча доказательств моей вины. И за мою голову уже объявлена награда" - "Я сию секунду мчусь к королю!!!" - "Стой!!! Береги себя для Фландрии. Твой долг - править, а мой - умереть за тебя". За спиной раздаётся предательский выстрел. Карлос в ужасе: "La morte! Per chi mai?" - "Per me, - отвечает Родриго сорвавшимся голосом, - la vendetta del Re (месть короля) не заставила ждать". Он падает на руки друга и предупреждает, что Елизавета будет ждать Карлоса завтра в монастыре Сан-Джусто, после чего умирает с арией: "Io morro, ma lieto in core" и словами: "Salva la Fiandra!". Здесь в последний раз звучит тема дуэта из II действия. [ ]

Карлос в оцепенении над телом Родриго. Входят Филипп и гранды. "Мой сын! Я возвращаю тебе шпагу!" - "Прочь! Твои руки в крови! Нас с ним связывала братская дружба. А ты - убийца. Мое королевство теперь подле него". Тут раздается звон набата и крики толпы. Это Эболи затеяла маленький мятеж, подняв горожан, чтобы освободить Карлоса из тюрьмы. Вот они ее (тюрьму) и штурмуют, требуя инфанта, а Эболи (в маске) хватает Карлоса за руку и уводит вон. Гранды в панике: чтоо делать с разъяренной толпой - непонятно. Тут появляется Великий Инквизитор и ставит всех на колени, еще раз продемонстрировав свою чудовищную власть. Все кротко просят прощенья, Филипп славит Бога.

V действие.
Ночь. Монастырь Св. Юста.

Елизавета ждет Карлоса. Чтобы скоротать время, она поет большую арию , где вспоминает свою прекрасную Францию, а затем - их с Карлосом любовь и первую встречу в Фонтенбло... Она обещала маркизу во всем вдохновлять и поддерживать Карлоса. И вот теперь Карлос уезжает во Фландрию и станет злейшим врагом Филиппа. А ей деваться некуда - так что это их последнее прощание. Приходит Карлос. Он говорит о том, что смерть друга все выжгла у него в груди, и теперь он бестрепетно готов покинуть ее ради великого дела. "На фламандской земле я ему воздвигну такой памятник, который не воздвигал еще не одни король! Я спал тяжелым сном, и теперь проснулся. Я спасу несчастный народ. Теперь - триумф или могила. Я ухожу с душою просветленной... Ты плачешь?" - это слезы счастья; Елизавета им восхищается, как героем. Они долго и нежно прощаются: "Addio per sempre!" (навсегда, значит). Тут входят Филипп, Великий Инквизитор и члены инквизиторского трибунала. Они пришли сцапать Карлоса. И вдруг открываются ворота склепа, где похоронен Карл V, оттуда выходит таинственный монах (тот, который был в II действии) и все в ужасе узнают в нем покойного Императора. "Mio padre!" - восклицает Филипп. Карл встал из гроба, чтобы увести с собой внука. Он берет инфанта за руку; они входят в склеп, а двери сами собой закрываются. Елизавета падает замертво. Все в остолбенении.

Занавес.

Призрачная справка:

"Дон Карлос" был написан по заказу Парижской Гранд-опера, в форме "большой оперы" (пять актов и обязательные балетные сцены), к которой Верди никогда особой симпатии не питал. Язык оригинального либретто - французский. (Кстати, следует отметить существенную особенность французского либретто: оно представляет собой поэтический рифмованный текст, тогда как итальянское либретто - лишь более или менее точный перевод с французского, и, разумеется, без рифм). Уже во время репетиций для итальянской премьеры (1884 год, Ла Скала) стало ясно, что опера (включавшая и балетные сцены, редко исполняемые сегодня) "чересчур длинна", и Верди был вынужден сократить ее (в частности, исключить большую сцену "оплакивания" после смерти Родриго. Главная музыкальная тема этой сцены трансформировалась в Lacrimosa вердиевского Реквиема. Так же была "опущена" сцена в Фонтенбло). Кстати, парижская премьера особого успеха не имела.
Для удобства многие меломаны и коллекционеры называют оперу "Дон Карло" ("итальянская" редакция) или "Дон Карлос" (соответственно, "французская"). Сегодня более всего "в ходу" либо так называемая "моденская" редакция (премьера в Модене, 1886 год; вновь в 5 актах) - либо 4-актный вариант 1884 года. Часто мистический финал заменяют банальным самоубийством героя.
Российская премьера оперы состоялась в Казани (1895 год, дирижёр - Я. Палицын). До Большого театра в Москве опера "добралась" лишь в 1917 году, со "звёздным" составом - Шаляпин, Лабинский, Держинская, и др. Дирижировал Эмиль Купер.

© Призрак Оперы

Публикация: 26-04-2010
Просмотров: 4880
Категория: Наш ликбез
Комментарии: 1

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
#1 написал: Lauretta (15 октября 2010 00:26)
Призрак Оперы, а принцесса Эболи, чья родственница, что-то никак не пойму?